Колдун и Сыскарь

Или даже, чем чёрт не шутит, дворянином, пусть и без крепостных душ. Препятствий не чинить, а наоборот, всячески содействовать. Подпись важного лица и печать.

— Хм… Зачем тебе?

— На всякий случай. Ты же сам говорил, что у тебя есть грамота от Брюса, по которой ты спокойно своим делом непростым занимаешься. Вот и мне нужна. На Руси, известное дело, человек без грамоты и не человек вовсе.

— Грамота от Брюса… — вздохнув, повторил Симай и понизил голос. — Тут видишь какое дело, Андрюха… Нет её у меня.

— Опа. Соврал, что ли?

— Я к Якову Вилимовичу за малым на приём не попал и грамоту такую не получил.

Считай, в сумке уже была. Но в последний момент ему срочно уехать пришлось. Так и не встретились. Вот я теперь заявляю при нужде, что есть у меня такая грамота. Хранится в надежном месте. Верят. Да не нужна она на самом деле. И так все знают, кто такой Симайонс Удача!

Последовал разговор об удостоверениях личности, в ходе которого стороны искренне стремились понять друг друга. Выяснилось, что на сегодняшний день правом жить и разъезжать по России без всяких грамот и документов имеют представители дворянского сословия, офицеры армии и флота (даже не дворяне) духовенство, учителя, врачи, почетные и потомственные граждане в городах, вышедшие из мещанской среды, купцы 1-й и 2-й гильдии.

Все же остальные должны иметь «проезжие грамоты», которые по сути приравниваются к тому, что Андрей привык называть словом «паспорт».

— Вот, наконец-то! — воскликнул Сыскарь. — У тебя есть такая грамота?

— На хрена она мне? — удивился Симай. — Делать нечего — челобитную подавать воеводе, ждать потом невесть сколько, мзду ещё давать… Да и всё равно мало кто на неё смотрит, на грамоту эту.

Это ж читать нужно уметь, буквы разбирать.

— Э… а как же тогда? — слегка обалдел Сыскарь. — Вот приедем мы сейчас в Москву, остановимся на постоялом дворе…

— Лучше на гостином, — вставил Симай. — Оно дороже, но зато чище.

— А в чём разница?

— Говорю же, чище на гостином. Он для купцов и вообще людей с деньгами. А постоялый — для всех прочих."

"— Понял. Добро, пусть будет гостиный. Вот приехали мы на этот гостиный двор, встали на постой. Обязаны мы как-то доложится властям, кто мы такие и по какому делу в Москве? И ежели обязаны, то как здесь без проезжей грамоты обойтись?

— Ты прям как не русский, — ухмыльнулся Симай.

 — Двугривенный сунул в лапу кому надо — и живи спокойно и делай что хочешь. Мало двугривенного — на полтину или даже рубль. Но это уже в самых крайних обстоятельствах, когда с законом у тебя нелады.

— А кому совать надо?

— Известно кому. Объездному голове. А нынче, когда на Москве канцелярия обер-полицмейстера появилась, то все вопросы и там решить можно. Не тужи, товарищ, — подмигнул он весело.