Колесо Времени. Книги 1-14

А в последние годы своей семейной жизни она лишь твердила день за днем, что любит и любила всю жизнь мужа своего без памяти.

– Но чем же ее история связана с нашей? Взгляд Мин бестрепетно сообщил Перрину, что он

просто и не пытался понять смысл ее рассказа. Но голос

ее стал мягче:

– А тем она схожа с нашей, что и для нее судьба избрала не тот подвиг, которого мы вечно ждем, а иной. Но почему нужно думать, что судьба ошиблась, обидела нас, обманула? Пусть даже сам ты не выбрал бы столь мучительный путь ни в нынешнем веке, ни через тысячу лет. ""Десять лет любви стоят дороже, чем долгие годы раскаяния! "" – вот как сказала та женщина.

– Уж это мне вовсе не ясно! – Перрин так и вспыхнул. – Ты ни в коем случае не должна оставаться здесь, если это против твоей воли!

Мин повесила ложку на высокую деревянную рогатку, воткнутую в землю у очага, затем, к удивлению Перрина, поднялась на цыпочки лишь для того, чтобы поцеловать воина в щеку.

– Ты милый, чудный человек, Перрин Айбара! Даже когда совершенно меня не понимаешь!

В растерянности Перрин вновь взглянул ей в глаза. Жаль, не поймешь, в своем ли уме Ранд. Или лучше бы Мэта сюда. С девушками Перрин чувствовал себя так, будто земля под ногами колеблется, а Ранд. видно, знает. как с ними держаться. Да и Мэт в сем щекотливом деле дока. Дома, в Эмондовом Луге, многие девицы потешались над Мэтом и уверяли, что никогда он не станет взрослым, но при этом поладить с ними дружески по силам было ему одному, Мэту.

– А ты-то сам, Перрин? Неужели тебя никогда не тянет обратно, в родные места?

– Все время тянет, – ответил он пылко. – Но я… Я не уверен, что смогу, сумею… Во всяком случае, если и уходить, – не сегодня! – Он взглянул в ту сторону, где таилась укромная долина Ранда. Мы с тобой связаны накрепко, верно. Ранд? – А может, и никогда я не уйду.

Он тут же подумал, что слова его прозвучали слишком тихо, что Мин не услышала их, но взгляд ее был исполнен сочувствия к Перрину. Сочувствия и согласия с ним.

Слух его внезапно уловил едва доносившиеся шаги, воин обернулся и увидел обитель Морейн. Сквозь сгущающуюся тьму продирались двое. Первый силуэт принадлежал женщине, стройной и грациозной, деликатно выступала она по рытвинам склона. Мужчина же, который следовал за ней, возвышаясь плечами и головой над спутницей, повернул туда, где трудились шайнарцы. Сей муж был едва виден во мраке наступающей ночи, дальнозоркий Перрин и тот едва улавливал очертания рук и ног незнакомца, то исчезавших вроде бы напрочь, то зарождавшихся исподволь в темноте. в порывах ночного ветра. Плечистую фигуру Лана делал еще шире меняющий цвета, сливающийся с фоном плащ Стража, в чем сомнений не было, как и в том, что дамой была Морейн.