Колесо Времени. Книги 1-14

– Ты хочешь, чтобы Илэйн за нами в одиночку присматривала? Когда про нас, может статься, пронюхали

Черные Айя?

– У меня хватит сил! – уверенно проговорила Илэйн. – Или разреши мне отправиться с тобой, а на страже останется Найнив. Рассердившись как следует, она сразу же станет самой сильной из нас троих, и, если потребуется нас защитить, она со своей задачей справится,

будь уверена!

– А что, если этот тер'ангриал не сработает для двоих? – Эгвейн покачала головой. – Что, если мы обе, сколько бы ни старались, вообще не сумеем заставить его заработать? Мы ничего и не узнаем, пока не проснемся, а это значит, что мы зря целую ночь потеряем.

Но нельзя ни одной ночи потратить впустую, иначе мы не успеем наверстать упущенное"" Мы и так уже очень отстали от своих противников! – Эти веские доводы обе ее подруги приняли во внимание. Но Эгвейн беспокоило еще нечто близкое ее сердцу. – Кроме того, я буду чувствовать себя спокойнее, зная, что вы вдвоем следите за мной, на случай…

Она не хотела называть вещи своими именами. На случай, если кто-то явится в то время, когда она будет спать.

Серый Человек или Черные Айя. Или кто-то иной, превративший Белую Башню, когда-то совершенно безопасное место, в дремучий лес, полный ямин и ловушек. Да, кто-то может войти в комнату, пока она будет лежать на кровати совершенно беззащитная. Лица ее подруг выразили полное понимание.

Взбив пуховую подушку, Эгвейн стала располагаться на кровати поудобней, а Илэйн поставила стулья с обеих сторон ее ложа. Найнив, потушив в комнате свечи, в полной темноте уселась на один из стульев. Илэйн села на другой.

Закрыв глаза, Эгвейн старалась уснуть, успокаивая себя.

Но это не удавалось: на грудь ей, пробуждая тревожные мысли, давило каменное кольцо. Само его присутствие донимало девушку сильней, чем та боль, что она испытывала после посещения кабинета Шириам. Каменное колечко теперь казалось ей тяжелей кирпича. Мысли ее о доме, об укромных прудах с тихой водой, обо всех тех вещах, что были связаны с ее детством, из-за постоянного беспокойства ускользали из ее сознания. Тел ""аран ""риод. Незримый Мир. Мир Снов. Мир. что ждал за порогом сна.

Найнив начала тихонько напевать.

Безымянную песню, песню без слов. Эгвейн узнала этот мотив – эту же колыбельную напевала ей мать, убаюкивая Эгвейн, когда та была совсем крошкой. В те времена она лежала в своей маленькой кроватке, под головкой – взбитая подушка, а сама девочка, укрытая теплыми одеялами, вдыхала запахи розового масла, свежего хлеба. И еще… Ранд, ну как ты? А ты, Перрин? Кто же она была такая?

Девушка погружалась в сон."

"И вот Эгвейн стоит среди пологих холмов, тут и там расцвеченных полевыми цветами.