Колесо Времени. Книги 1-14

На мгновение губы Лойала растянулись в довольной улыбке, затем уголки его рта опять уныло опустились.

– Я не стану притворяться, что не боюсь, – неожиданно вмешалась Заринэ. – Только дурак не стал бы бояться Отрекшегося. Но я поклялась, что буду с вами. И отступать не намерена. Вот и все, что я хотела сказать.

Перрин с сомнением покачал головой. Она точно сумасшедшая. Вот я бы не хотел попасть в эту компанию. Мне бы лучше снова оказаться дома и работать в кузнице мастера Духана. Но вслух он произнес:

– Если он внутри Твердыни, если он ждет там Ранда, мы должны пробраться туда, раз хотим приблизиться к нему.

Как мы попадем в Твердыню? Все беспрестанно повторяют, что никто не войдет в Твердыню без соизволения Благородных Лордов. А глядя на крепость, я не представляю себе, как можно проникнуть туда иначе, чем через ворота.

– Ты туда и не пойдешь, – сказал Лан. – Пойдем только я и Морейн. Чем больше народу, тем труднее туда попасть. Какой бы путь в Твердыню я ни выбрал, уверен, что он будет легким даже для двоих.

– Гайдин, – решительно заговорила Морейн, но Страж прервал ее не менее уверенным голосом:

– Мы идем вместе, Морейн.

В этот раз я не намерен стоять в стороне.

Спустя мгновение она кивнула, соглашаясь. Перрину показалось, что Лан сразу расслабился.

– А всем остальным лучше бы выспаться, – продолжал Страж. – Мне нужно изучить Твердыню снаружи. – Он немного помолчал. – Есть еще одна вещь, которую я вспомнил, слушая ваши разговоры. Так, мелочь, Морейн, но она должна означать что-то, чего я не понимаю. В Тире появились айил.

– Айил! – воскликнул Лойал. – Невозможно! Весь город был бы в панике, если бы хоть один айилец прошел в ворота.

– Я не сказал, что они расхаживают по улицам, огир.

На крышах среди каминных труб города прятаться не труднее, чем в Пустыне. Я видел не меньше троих, хотя никто больше в Тире их, кажется, не заметил. А если я видел троих, будьте уверены, что тех, кого я не видел, во много раз больше.

– Для меня это ничего не означает, – медленно проговорила Морейн. – Перрин, почему ты так хмуришься?

А Перрин и не знал, что хмурится, и этот вопрос был для него неожиданностью.

– Я думал об этом айильце в Ремене, – признался Перрин. – Он говорил, что, когда Твердыня падет, айильцы покинут Трехкратную Землю.

Это ведь Пустыня, да? Он сказал, что это такое пророчество.

– Я изучила каждое слово Пророчества о Драконе, – тихо произнесла Морейн, – во всех имеющихся переводах. И там нет ни единого упоминания об айил. Мы неуверенно и вслепую делаем шаг к нашей цели, пока Бе'лал плетет свои тенета, а Колесо сплетает Узор вокруг нас. Но кто тогда айил – паутина Бе'лала или плетение Колеса? Лан, ты должен отыскать для меня путь в Твердыню! И быстро. Да, для нас. Быстро отыщи путь для нас.