Колесо Времени. Книги 1-14

Ее явно посетила мысль, уж не с нее ли собралась Эгвейн начинать обучение этому делу.

С отвращением фыркнув, Эгвейн оставила ее стоять, пойманную в сети и отсеченную от Источника, а сама поспешила в лес полированных колонн из красно-камня. Где– то в их чаще должен быть ход вниз, к темницам.

Тишина пала на каменный коридор, когда смолк последний предсмертный крик, оборванный челюстями Юного Быка, сомкнувшимися на горле двуногого и с хрустом смявшими его. Горька была кровь на его языке.

Он знал, что это – Тирская Твердыня, хотя и не понимал, откуда знает об этом. Вокруг лежали двуногие, один еще дергал ногами, а в горло ему впился клыками Прыгун.

От сражавшихся с волками отвратительно воняло страхом. Еще от них пахло замешательством. Он не думал, что они понимают, где оказались, – определенно они не принадлежали миру волчьих снов, но они не подпускали его к той высокой двери с железным замком, что виднелась впереди. По крайней мере, эти двуногие ее охраняли. Увидеть волков они никак не ожидали. Как показалось Юному Быку, их до глубины души поразило то, что они сами там очутились.

Он утер рот и непонимающе уставился на свою руку.

Он снова стал человеком. Он был Перрином. Вернулся в свое тело, вновь в рабочей безрукавке кузнеца, с тяжелым молотом на боку. Мы должны спешить. Юный Бык. Здесь рядом какое-то зло.

Шагая к двери, Перрин потянул из-за пояса молот:

– Должно быть, Фэйли тут.

Один резкий удар, и замок разлетелся вдребезги. Перрин пинком отворил дверь.

Комната была пуста, но в центре ее вытянулся длинный каменный блок. На этой глыбе лежала и как будто спала Фэйли. Черные волосы широко, веером, разметались по камню, тело так обмотано цепями, что он не сразу сообразил, что на девушке нет одежды.

Каждую цепь скрепляли с камнем вбитые в него толстые болты.

Он не заметил, как пересек отделявшее его от девушки пространство, понял это только в ту секунду, когда прикоснулся к ее лицу. Провел пальцем по ее скуле.

Девушка открыла глаза и улыбнулась ему:

– Я вижу сон, что ты пришел, кузнец.

– Я мигом освобожу тебя, Фэйли. Перрин поднял молот и ударил по одному из болтов. Тот сломался, будто деревянный.

– Я не сомневалась в этом, Перрин.

Едва его имя слетело с ее языка, как девушка исчезла, будто растворилась.

На камень, где она лежала, упали, звякнув, опустевшие оковы.

– Нет! – закричал он. – Я же нашел ее!

– Сон не похож: на мир плоти. Юный Бык. Здесь одна и та же охота может окончиться по-разному, и исходов – великое множество.

На Прыгуна он не обернулся. Он знал, что скалит зубы в яростном рыке. И вновь Перрин взметнул молот и со всей силы обрушил его на цепи, что опутывали Фэйли. От невиданного удара каменная глыба раскололась надвое;

сам камень Твердыни гулко зазвенел, точно надтреснутый колокол.