Колесо Времени. Книги 1-14

Н еожиданно из бокового прохода с ревом вылетела дюжина троллоков.

Неистово размахивая топорами и мечами, они обрушились на Мурддраала. Мэт не

поверил своим глазам. Получеловек отбивался, вертясь, как бешеный черный

смерч. Больше половины нападавших полегло прежде, чем сам он рухнул на груду

трупов. Отсеченная рука Исчезающего дергалась, словно умирающая змея, в трех"

"шагах от тела, по-прежнему сжимая рукоять черного меча. Т роллок с бараньими рогами поднял глаза на Мэта и, принюхавшись, зарычал, а потом принялся вылизывать глубокую рану на чешуйчатой волосатой

лапе.

О стальные добили своих раненых, после чего один из них издал несколько

хриплых, гортанных звуков, и троллоки, даже не взглянув на Мэта, поспешили

прочь, гулко стуча копытами и сапогами по каменному полу. Оставили его в покое. Мэт поежился. Выходит, его спасли троллоки. И во

что втравил его Ранд на этот раз?

Мэт посмотрел на то, что начертил пальцем на столе, – открытую дверь, и с раздражением стер нарисованное. Надо убираться отсюда. Непременно. И в то же время в голове билась неотвязная мысль – что-то подталкивало его вернуться в Твердыню.

Мэт сердито отмахнулся, но мысль не уходила. Из-за соседнего стола донесся обрывок разговора. Разглагольствовал какой-то тип с худощавым лицом, завитыми усами и явным лугардским акцентом.

– Спору нет, этот ваш Дракон – великий человек. Но до Логайна ему далеко. Тот поднял на войну весь Гэалдан, а заодно половину Амадиции и Алтары. А враждебные ему города провалились сквозь землю. Люди, дома – все разом. Ну а взять того, что появился в Салдэйе, – Мазим, что ли? Говорят, он заставил солнце остановиться и ждать, пока не сокрушил войско Лорда Башира.

И это не пустые россказни.

Мэт покачал головой. Твердыня пала, Калландор в руках Ранда, но для этого идиота он все равно остается одним из Лжедраконов. Мэт снова начертил дверь, стер рисунок, зацепил кружку с вином и поднес было ее ко рту, но тут рука его замерла. Сквозь гул голосов он расслышал, как за соседним столом прозвучало знакомое название. Оттолкнув скамью, Мэт с кружкой направился к тому столу.

Как и за другими столами этой заурядной таверны в Мауле, здесь собралась разношерстная публика.

Босоногие матросы в промасленных фуфайках на голое тело, причем у одного на груди висела толстая золотая цепь. Какой-то человек со впалыми щеками – видать, исхудал в последнее время – был одет в кайриэнский кафтан с красными, золотистыми и зелеными прорезями на груди. Судя по этому одеянию, его владелец принадлежал к благородному сословию, правда, кафтан был изрядно поношен, а один рукав порван. Впрочем, сейчас повсюду можно было встретить беженцев из Кайриэна.