Колесо Времени. Книги 1-14

Рослый, стройный, поджарый, с легкой, грациозной походкой. А его лицо… да что там говорить – он был самым красивым мужчиной, какого Мин доводилось видеть.

– Кончай сосать палец, – с усмешкой заявил Гавин, – мы и так знаем, что ты премиленькая девчушка.

Вспыхнув, Мин отдернула руку ото рта и едва сдержала желание бросить на Гавина испепеляющий взгляд, не соответствующий образу Элминдреды. Гавин не получал никаких указаний от Амерлин и сохранял секрет Мин только по ее просьбе. Правда, он не упускал удобного случая поддразнить девушку.

– Хватит дурачиться, Гавин, – вмешался Галад, – госпожа Элминдреда, поверьте, он не хотел вас обидеть.

Прошу прощения, но не встречались ли мы прежде? Когда вы так сердито посмотрели на Гавина, мне показалось, что я вас где-то видел.

– О нет, лорд Галад, разве могла бы я забыть встречу с вами? – кокетливо отозвалась Мин. Жеманный тон и еще не остывший гнев на Гавина заставили ее покраснеть до корней волос, что было очень кстати. Так и должна вести себя Элминдреда.

Она и впрямь разительно отличалась от прежней Мин, и не только благодаря платью и отросшим волосам. Лиане раздобыла в городе немыслимое количество пудры, помады, белил, румян, всевозможных мазей и притираний и не отстала от Мин, пока та не научилась отменно всем этим пользоваться.

Грим подчеркивал скулы, губы были накрашены, брови подведены, ресницы вычернены, отчего глаза казались огромными. Многие послушницы восхищались ее красотой, да и иные из Айз Седай называли ее не иначе как ""прелестное дитя"". Всего этого Мин терпеть не могла, кроме разве что платья, которое, признаться, пришлось ей по душе. Она с удовольствием выбросила бы все коробочки и склянки, но понимала, что без этих ухищрений не сможет оставаться неузнанной.

– Не сомневаюсь, что ты бы не забыла, – язвительно заметил Гавин, –

извини, что отрываю тебя от рукоделия, – это ведь ласточки, верно? Желтые ласточки?

Мин поспешно спрятала пяльцы в корзинку.

– Но я хотел попросить тебя взглянуть на это. – Он вытащил книжицу в потертом кожаном переплете и сунул ей в руки. Голос его неожиданно зазвучал серьезно:

– Скажи моему брату, что все это полная чепуха, может, хоть тебя он послушает."

"Мин посмотрела на книгу. Называлась она ""Путь Света"" и была написана Лотэйром Мантиларом.

Девушка раскрыла ее и прочла наугад: ""…а посему отринь все бренные удовольствия, понеже благо есть идеал, подобный чистой воды кристаллу, каковой затуманивают низменные страсти. Не ублажай плоть, ибо плоть слаба, тверд же один лишь дух. Сила духа преодолевает немощь плоти. Чувства – губители праведных мыслей, страсти – могильщики праведных деяний. Только истина, и ничто кроме нее, – единственный источник подлинного наслаждения"". Все это казалось полной белибердой.