Колесо Времени. Книги 1-14

Но какие же, интересно, ""глупости"" творила это толстуха в молодости, коли ее чуть не повесили?

– Дерзкая кухарка! – возмущенно бормотала Лиане. – Как она смела так разговаривать с тобой. Мать? Удивительно, как, при таком отношении, она нам помогла!

– Так или иначе, она нам помогла, – возразила Мин, – и, конечно, сдержит свое обещание. Она нас не выдаст.

Лиане недоверчиво фыркнула.

Суан накинула на плечи плащ:

– Лиане, я уже не имею права именоваться Матерью. Я больше не Амерлин, а она по-прежнему Госпожа Кухонь. Теперь мы простые женщины, каких полно у нее в подручных в посудомойках, среди которых мы вполне можем очутиться завтра.

Вот она и обращается с нами соответственно.

Лиане сцепила руки, чтобы унять дрожь, и отвела глаза. Суан спокойно и сухо продолжала:

– Я думаю, что Ларас, в случае чего, сдержит свое обещание и относительно… всего остального… Так что, даже если ты не боишься Элайды, все равно советую поторопиться. Как-то не хочется, чтобы меня окунули физиономией в грязный горшок. С детства терпеть не могу грязных горшков. Лиане с угрюмым видом зашнуровывала крестьянское платье, и Суан перевела взгляд на Мин:

– Может, и у тебя пропадет охота нам помогать, когда ты узнаешь, что нас… усмирили.

– Голос ее звучал твердо, но напряженно, а в глазах застыла боль. Мин поняла, что внешнее спокойствие давалось Суан нелегко. – Любая из Принятых может теперь связать нас, как овец. Да что там, чуть ли не любая послушница!

– Я знаю, – ответила Мин, стараясь, чтобы в голосе ее не прозвучало даже намека на сочувствие. Сочувствие расслабляет, а для обеих этих женщин слабость сейчас – непозволительная роскошь. – Об этом объявляли глашатаи на всех площадях города, и грамоты развешаны повсюду, где только можно вбить гвоздь.

Но вы еще живы! – У Лиане вырвался горький смешок. – Однако надо поскорее уносить ноги. Неровен час, этот караульный придет в себя или кто-нибудь на него наткнется.

– Веди нас, Мин, – промолвила Суан. – Мы в твоих руках.

Лиане кивнула и поспешно накинула плащ. В конце темного коридора на пыльном полу лежал незадачливый охранник. Шлем, который мог бы уберечь его затылок от скалки Ларас, лежал на неструганом дощатом столе рядом с фонарем, освещавшим закуток, который служил караульней.

Бедолага не шевелился, но вроде дышал. Мин бросила на него всего один беглый взгляд, но ей хотелось верить, что солдат не особенно пострадал. Он ведь ничего худого ей не сделал и был не слишком назойлив. Мин выпустила Лиане и Суан через дальнюю дверь, сбитую из толстых досок и скрепленную железными скобами, и торопливо повела их вверх по узенькой каменной лестнице. Задерживаться здесь было опасно. Если их увидят выходящими из подвала, то неизбежно поинтересуются, чего ради простые просительницы туда полезли.