Колесо Времени. Книги 1-14

Монотонная, погружающая в сон песня Драгкара плотно обволакивала кокон пустоты, но проникнуть в Ничто не могла. Черные кожистые крылья поднялись, когда Ранд ступил навстречу Драгкару, – тот собрался заключить его в свои смертельные объятия. На миг в огромных темных глазах промелькнула растерянность – и сотворенный Силой меч рассек череп Порождения Тени. От макушки до переносицы.

Стальное лезвие непременно застряло бы в кости, но свой клинок Ранд отдернул без труда. Драгкар рухнул на пол.

Несколько мгновений, оставаясь бесстрастным в коконе Пустоты, юноша рассматривал эту тварь.

Не будь Ранд погружен в Ничто, песня усыпила бы его. Драгкар был уверен, что не встретит сопротивления, потому и двинулся навстречу юноше так беспечно.

Авиенда подбежала к Чион, опустилась на колени и коснулась горла гай'шайн.

– Мертва, – промолвила она и пальцами опустила веки погибшей женщины. – Может, это и к лучшему. Драгкары сначала пожирают душу и лишь потом лишают Жизни. Подумать только – Драгкар! Драгкар здесь! – Авиенда бросила на Ранда гневный взгляд:

– В Становище Имре – троллоки. Здесь, в Крепости, – Драгкар.

Беды следуют за тобой, ты привел зло в Трехкратную Зем…

Авиенда с криком повалилась на тело Чион, когда Ранд, развернувшись к двери, ударил появившегося на пороге второго Драгкара сорвавшейся с острия меча струей пламени. Исчадие Тени, вспыхнув, завопило, забило кожистыми крыльями.

– Подними всех, – спокойно приказал Ранд Авиенде. Сопротивлялась ли Чион? Долго ли ей придавало сил ее понятие чести? Но сейчас все это неважно. Убить Драгкара было вроде бы легче, чем Мурддраала, но в некотором смысле он мог представлять даже большую опасность.

– Если ты знаешь, как поднять тревогу, сделай это немедленно.

– Гонг у двери…

– Этим займусь я. Беги поднимай кого сможешь. Драгкаров, возможно, и больше, чем два.

Кивнув, Авиенда побежала обратно тем же путем, каким они и пришли, крича на бегу:

– За копья! Поднимайтесь! За копья!

Ранд с опаской, держа наготове меч, выглянул из дома. Бурлящая Сила наполняла его радостью, порча вызывала тошноту. Он почти не ощущал холода ночи.

Уже мертвый горящий Драгкар распластался на засаженном овощами уступе, добавляя отблески пламени к слабому свету луны.

В воздухе стоял тошнотворный запах горящей плоти. Чуть ниже по дорожке, уставясь в небо широко раскрытыми невидящими глазами, лежала Сеана. Рядом с ней валялся поясной нож. Она не сдалась без боя, но устоять против Драгкара было ей не под силу.

Ранд ухватился за деревянную, обтянутую кожей колотушку, висевшую рядом с бронзовым гонгом, и в этот миг внизу началось что-то невообразимое. Завывание троллоков, лязг стали, крики людей доносились словно отовсюду.