Колесо Времени. Книги 1-14

Лишь в дальнем конце каньона над большим скалистым уступом выдавался навес – словно застывший бурун оборвавшейся каменной волны. Все склоны были усеяны айильцами, державшимися отдельными группами, причем групп этих было гораздо больше, чем кланов. Воины Таардад, сопровождавшие родовых вождей, разошлись, направляясь кто к одной, кто к другой группе.

Как пояснил Руарк, здесь люди объединялись не по кланам, а по воинским сообществам, что способствовало поддержанию мира. Только Девы Ранда и Красные Щиты, сопровождавшие Руарка, продолжали двигаться вперед.

Родовые вожди других кланов – вожди держались кланами, а не сообществами, – сидели, скрестив ноги, перед глубоким уступом.

Между ними и уступом шестью кучками держались вооруженные люди. Одну из групп составляли Девы. Скорее всего, эти воины пришли сюда ради чести своих клановых вождей. Севанна могла привести с собой Дев, хотя Авиенда говорила, что та никогда не была Фар Дарайз Май. Но кланов-то явилось пять, а не шесть… К тому же одна группа состояла не из десяти, а из одиннадцати человек. Ранду достаточно было одного взгляда на огненно-рыжий затылок возглавлявшего ее человека, чтобы узнать Куладина.

На самом уступе стояла золотоволосая женщина с серой шалью на плечах. Украшений у нее было не меньше, чем у любой из женщин, стоявших у ярмарочных палаток. Не приходилось сомневаться в том, что это Севанна. Там же находились и вожди четырех кланов – без оружия, не считая длинных ножей у пояса. Один из них, в котором, по рассказам Руарка, Ранд легко узнал предводителя Гошиен Бэила, был, пожалуй, самым высоким человеком, какого ему доводилось видеть. Севанна говорила, и ее слова – видимо, тому каким-то образом способствовала форма каньона – были слышны повсюду:"

"– …должны позволить ему говорить! – Стояла она, высоко подняв голову и напряженно выпрямив спину.

В голосе женщины звучала страстная воля. – Я настаиваю на своем праве! Пока не избран новый вождь, я возглавляю Шайдо и говорю от имени Суладрика. Я настаиваю на своем праве!

– Ты действительно говоришь за Суладрика, пока не избран новый вождь, хозяйка крова, – раздраженно произнес седовласый мужчина с дочерна загорелым морщинистым лицом.

Ган, вождь клана Томанелле, в Двуречье считался бы человеком среднего роста, но среди айильцев выглядел чуть ли не коротышкой. – Я не сомневаюсь, что права хозяйки крова тебе прекрасно известны, но боюсь, с правами планового вождя дело обстоит иначе. Только побывавший в Руидине может говорить с этого места. Тебе это позволено, ибо ты здесь вместо Суладрика. – Судя по тону, последнее обстоятельство не слишком радовало вождя, впрочем, Ган походил на человека, которого вообще мало что радовало.