Колесо Времени. Книги 1-14

Две другие женщины – хорошенькая темноглазая кандорка по имени Шимоку, ставшая Принятой как раз накануне раскола в Башне, и Калиндин, уроженка Тарабона, со множеством тонких черных косичек, дожидавшаяся шали уже добрых десять лет, вступили в связь так же легко, как Илэйн. Обе, несмотря на всю разницу между ними.

Неожиданно Николь заговорила – словно во сне:

– Львиный меч, копье обета, та, чей взор проникает за пределы бытия. Трое, трое на борту, и он среди них. Он, умерший, но оставшийся в живых. Великая битва завершилась, но мир не пришел на землю. Возвращение разделило ее.

Охранители и слуги – одни уравновешивают других. Грядущее колеблется на грани.

Анайя с удивлением воззрилась на нее:

– О чем это ты, дитя? Николь заморгала.

– Я что-то сказала, Айз Седай? – слабым голосом спросила она. – Я… чувствую себя как– то странно, и…

– Ну если тебя тоже тошнит, – оборвала ее Анайя, – то ничего, перебьешься. Первое соединение частенько вызывает странные ощущения, но нам сейчас не до твоего желудка. – С этими словами она подобрала юбки и решительно зашагала по улице, бросив через плечо остальным: – Держитесь вместе.

И обращайте внимание на все требующее вмешательства.

Впрочем, вмешательство требовалось чуть ли не на каждом шагу. Люди носились по улицам с испуганными криками, не понимая, что творится вокруг. Мебель, посуда, домашняя утварь – самые разнообразные предметы ни с того ни с сего срывались с места и принимались прыгать или летать. Двери и окна распахивались и хлопали сами собой, из домов доносились грохот и треск. Плотная повариха в одной сорочке налетела на невесть откуда появившееся в воздухе ведро и разразилась истерическим смехом.

Бледный сухопарый малый в нижнем белье сломал руку, пытаясь отмахнуться от налетевшей на него доски. Веревки обматывались вокруг рук или ног, и даже одежда – та, что была на людях, – начинала двигаться самостоятельно. Рубашка какого-то волосатого мужчины обмоталась вокруг его головы. Он отбивался, вслепую размахивая руками и потому не подпуская к себе тех, кто пытался ему помочь. Женщина, надевшая платье, но не успевшая застегнуть его, цеплялась за солому на кромке крыши и вопила во всю мочь, а ее платье старалось утащить ее если не в небеса, то из дома.

Впрочем, справиться со всеми этими явлениями оказалось ненамного сложнее, чем обнаружить их. Потоки Силы, свитые Анайей – и другими группками, – способны были с легкостью остановить стадо взбесившихся быков, что уж говорить о чайнике, которому почему-то вздумалось полетать. А если какой-либо предмет останавливали – с помощью Силы или просто вручную, – он, как правило, больше уже не шевелился. Только всего этого было слишком много. На Исцеление времени почти не было.