Колесо Времени. Книги 1-14

Они внимательно смотрели на Ранда, у которого возникло ощущение, что такой спор эта парочка ведет частенько.

– Переиначивают! – с нажимом повторил Руарк. – Эти глупцы там, внизу, называют себя гай'шайн. Гаи шайн!

Айильцы приглушенно загудели, руки Дев вновь замелькали в разговоре на языке жестов. На лице Хавьена отразилось легкое беспокойство.

– В каком бою или набеге они участвовали? Какой тох на себя навлекли? Ты, Берелейн Пейерон, сама подтвердила мой запрет на вооруженные стычки в городе, но они, когда думают, что их не поймают, дерутся на поединках, и потерпевший поражение облачается в белое.

Если кто-нибудь из них, когда оба вооружены, ударит другого, тот, другой, просит обидчика сразиться с ним в поединке, а получив отказ, облачается в белое. Какое это имеет отношение к чести или долгу? Они все переиначивают, делают такое, от чего покраснеет и житель Шары. Этому надо положить конец, Ранд ал'Тор.

Скулы Берелейн затвердели, руки сжались в кулаки.

– Молодые люди задиристы, – промолвила она столь снисходительным тоном, словно сама прожила несчетные годы. – Но с тех пор как это началось, на поединках не убили ни одного человека.

Ни единого! Кроме того, мне пришлось осадить некоторых матерей и отцов – из влиятельных Домов, между прочим, – требовавших, чтобы я отослала их дочерей домой. Идти на попятную теперь нельзя. Эти девушки, раз я им обещала, останутся здесь.

– Да держи их при себе сколько угодно, – сказал Руарк. – Пусть машут мечами, коли им охота, только бы не облачались в белое, называя себя гай'шайн, и не заявляли, будто следуют джиитох. То, что они делают, оскорбительно.

Холодные глаза Руарка буравили Берелейн, но та по-прежнему смотрела на Ранда.

Ранд колебался всего лишь миг. Он, как ему казалось, понимал, что побуждало молодых кайриэнцев пытаться следовать джиитох. За последние два десятилетия Кайриэн дважды терпел поражение от айильцев, и здешним жителям оставалось лишь задуматься – а не кроется ли секрет непобедимости айильцев в их обычаях и образе жизни? Вот они и старались подражать победителям, делая порой то, что сами айильцы воспринимали как насмешку над своими традициями. Но по правде сказать, некоторые айильские порядки чужакам представлялись совершенно невразумительными, в частности те, в соответствии с которыми кто-то становился гай'шайн.

Например, завести разговор с мужчиной о его тесте, а с женщиной о ее свекрови – или по-айильски о втором отце и второй матери, – если только собеседник не помянул своих родственников первым, считалось оскорблением, достаточным для того, чтобы взяться за оружие. Но обиженный мог и не бросаться на обидчика с копьем, а просто коснуться его, после того как тот заговорил.