Колесо Времени. Книги 1-14

Выдуманные, да? Сдается мне, вы, парни, порядком попутешествовали.

Ранд держал рот на замке: наверняка сейчас они стали мишенью для шутки, но Перрин заговорил:

— Мы все доходили до Сторожевого Холма и Дивен Райд. Не многие тут забирались так далеко. — Он не хвастался: Перрин редко хвастался, это было не в его привычке. Он говорил лишь правду.

— Мы все повидали Трясину, — добавил Мэт, а вот в его голосе слышалось хвастовство. — Это болото на дальнем конце Мокрого Леса. Там вообще никто не бывает — везде полно топей и зыбучих песков, — только мы. И к Горам Тумана никто не ходит, а мы ходили один раз. Во всяком случае, к их подножию.

— Вот так далеко, да? — негромко проговорил менестрель, теперь не переставая поглаживать усы. Ранду показалось, что этим он скрывает улыбку, и юноша заметил, как Перрин хмурится.

— Заходить в горы — к несчастью. — Мэт будто оправдывался, что не ходил дальше. — Это всем известно.

— Это совершенная глупость, Мэтрим Коутон, — гневно прервала его Эгвейн. — Найнив говорит... — Она осеклась, щеки ее порозовели, а взгляд, которым она окинула Тома Меррилина, отнюдь не светился дружелюбием, как раньше. — Неправильно, так... Это не... — Девушка покраснела еще больше и умолкла. Мэт прищурился, словно ему в голову закралось подозрение о том, каким должно было быть продолжение.

— Ты права, дитя, — сказал сокрушенно менестрель. — Я смиренно прошу прощения. Я здесь для того, чтобы выступать и веселить людей. Ах, ах, всегда мой язык доставляет мне неприятности!

— Может, мы и не странствовали так далеко, как вы, — решительно заявил Перрин, — но какое значение может иметь то, насколько высок Ранд?

— Сейчас-сейчас, парень. Чуть погодя я дам тебе возможность попробовать поднять меня, но ты не сможешь оторвать мои ноги от земли. Ни ты, ни твой высокий друг — Ранд, правильно? — и никто другой. Ну, что вы об этом думаете?

Перрин насмешливо фыркнул:

— Думаю, могу поднять вас прямо сейчас.

Но когда он шагнул вперед, Том Меррилин жестом остановил его:

— Позже, парень, позже. Когда соберется побольше зевак. Артисту нужна публика.

С того момента, как из гостиницы появился менестрель, на Лужайке собралось десятка два человек — от молодых мужчин и девушек до детей, которые, затаив дыхание и с широко раскрытыми глазами, выглядывали из-за спин более старших зрителей. Все словно бы ждали от менестреля каких-то чудес. Седой мужчина оглядел стоящих вокруг него — как будто пересчитывая их, — затем едва заметно качнул головой и вздохнул:

— По-моему, лучше кое-что вам показать, так, маленький образчик. Такой, чтоб вы смогли поделиться впечатлениями с другими. А? Просто небольшой кусочек того, что вы увидите завтра на своем празднике.