Колесо Времени. Книги 1-14

Порой поступки Моридина казались чистой воды безумием.

– Так. Видимо, его все-таки нужно убить, – сказал Демандред. Нелегко было утаить свое злорадство. Ранд ал’Тор или Льюс Тэрин Теламон, но когда он будет мертв, то спать Демандред точно будет спокойней. – Пока он не уничтожил мир, а заодно и нас. Это означает, что отыскать его – срочная и первостепенная задача.

– Убить? – Моридин сложил руки, как будто что-то взвешивал. – Если дойдет до этого, то да, придется убить, – наконец произнес он. – Но отыскать его труда не составит. Когда он прикоснется к Чойдан Кэл, вы узнаете, где он находится.

Вы отправитесь туда и захватите его. Или убьете, если будет необходимо. Так сказал Ни’блис.

– Как прикажет Ни’блис, – с готовностью откликнулась Синдани, склоняя голову, и остальные, словно эхо, повторили ее слова, хотя голос у Аран’гар был мрачен, у Осан’гара – полон отчаяния, а у Грендаль – странно задумчив.

Шею в поклоне Демандред согнул с не меньшей болью, чем произнес те слова. Выходит, они должны захватить ал’Тора, когда тот попытается воспользоваться Чойдан Кэл, – ни больше ни меньше! Когда он и какая-то женщина подпитаются Единой Силой настолько, что ее достанет, чтобы расплавить континенты! И никаких указаний, ни единого намека, что с ними при этом будет Моридин.

Или его любимицы-двойняшки, Могидин и Синдани. Ныне он – Ни’блис, но кто знает, может, дела устроятся так, что, умерев в следующий раз, другого тела он не получит. Возможно, этого не так уж и долго ждать.

Глава 14

ЧТО СКРЫВАЕТ ВУАЛЬ

Морские волны мягко качали «Славу Кидрона», отчего золоченые фонари в кормовой каюте слегка колебались в подвесах, но Туон сидела неподвижно, пока бритва в уверенной руке Селусии скользила по ее голове.

В высокие кормовые окна виднелись другие громадные корабли, о носы которых белой пеной разбивались серо-зеленые валы. Кораблей были сотни, ряд за рядом они тянулись до самого горизонта. В четыре раза больше, чем было оставлено у Танчико. Райагел, Те, Кто Возвращаются Домой. Коринне, Возвращение, началось.

Позади «Кидрона» парил над морем альбатрос, следуя за кораблем, словно подлинное предзнаменование победы, хотя его длинные крылья были не белыми, а черными.

И все равно примета благоприятная. Истолкование примет и знамений не зависит от места. Крик совы на заре означает смерть, а дождь с безоблачного неба обещает нежданного гостя, неважно, случилось то в Имфарале или в Норен М’Шаре.

Ежеутренний ритуал бритья умиротворял Туон, а сегодня ей требовалось спокойствие. Прошлой ночью она отдавала приказания, обуреваемая гневом. А в гневе нельзя командовать. Она чувствовала себя почти сей’мосив, словно ее честь претерпела ущерб.