Колесо Времени. Книги 1-14

"

"Поклонившись Высокородным, Туон поднялась на ют в сопровождении шедших на шаг позади двух Стражей Смертного Часа. Ветер принялся играть с непокорной накидкой, а потом, прижав вуаль к лицу, перебросил ее через голову. Это неважно; главное – сам факт ношения вуали. Ее личный стяг с изображением двух золотых львов, запряженных в древнюю боевую повозку, развевался на корме, под ним шестеро рулевых с трудом управлялись с длинным румпелем. Знамя с Вороном-и-Розами наверняка убрали, как только кто-то из экипажа, первым увидевший ее вуаль, передал известие вышестоящим.

Капитан «Кидрона», широкоплечая, закаленная штормами женщина с белыми волосами и невероятно зелеными глазами, склонилась в поклоне, как только туфелька Туон ступила на ют, а затем вновь обратила свое внимание на вверенный ее командованию корабль.

Возле поручней стояла Анат, вся в черных шелках, и ее словно бы нисколько не волновал пронизывающий ветер, хотя Туон не видела на ней ни плаща, ни накидки. Даже будь эта стройная женщина мужчиной, она считалась бы высокой. С красивого, черного, как уголь, лица смотрели большие черные глаза, взгляд которых пронзал словно шило.

Соэ’фейя Туон, ее Говорящая Правду, назначенная Императрицей – да живет она вечно! – после смерти Нефери. Что было довольно неожиданно – ведь у Нефери имелась обученная и готовая ее заменить Левая Рука. Но когда Императрица держит речь с Хрустального Трона, слово ее – закон. И хотя своей Соэ’фейя вроде как не должно бояться, Туон немножко побаивалась Анат. Подойдя к ней, Туонухватилась за поручень и вынуждена была разжать руки, чтобы не обломать покрытый лаком ноготь. Подобная примета сулила бы очень большое невезение.

– Итак, – промолвила Анат, и слово это острым гвоздем вонзилось Туон в череп. Высокая женщина хмуро смотрела на девушку сверху вниз и не скрывала презрения в голосе. – Ты прячешь лицо, и теперь ты просто Верховная Леди Туон. Хотя всем по-прежнему известно, кто ты такая на самом деле. И долго ты собираешься продолжать этот фарс? – Полные губы Анат сложились в презрительную усмешку, она коротко взмахнула тонкой рукой. – Я полагала, что избиением дамани то идиотство кончилось. Ты просто глупа, если считаешь, будто из-за подобной мелочи у тебя будет опущенный взор.

Что она такого сказала, из-за чего ты рассердилась? Похоже, никто не знает, в чем дело, кроме того, что это какая-то твоя прихоть. Жаль, меня там не было.

Туон усилием воли заставила себя держать руки на поручне неподвижно. Пальцы, казалось, вот-вот задрожат. Она попыталась сохранить на лице маску спокойной серьезности.

– Я буду носить вуаль до тех пор, Анат, пока не увижу знак, который скажет мне, что пора ее снимать, – промолвила Туон, сумев придать голосу бесстрастность.