Колесо Времени. Книги 1-14

 – Она смотрела на него еще некоторое время, потом покачала головой и ушла.

Аливия последовала за ней, но не сразу. Глядя на Ранда, она неодобрительно заметила:

– Так тебя могли убить. – Нет, от покорности в ней и следа не осталось. – Тебе еще многое предстоит сделать, и ты не должен дать себя убить. Разреши нам помочь тебе.

Ранд хмуро уставился в закрывшуюся за нею дверь.

– Мин, у тебя насчет нее никаких видений не было?

– Все время, но не те, о каких ты спрашиваешь. Я ничего не поняла. – Сморщив нос, Мин отложила какую-то книгу в сторону. Но вряд ли она собиралась оставить здесь хотя бы один томик из своей не такой уж маленькой библиотеки.

Наверняка она просто хочет иметь эту книжку под рукой и читать ее при первой же возможности. Она проводит часы напролет, уткнувшись носом в свои книги. – Ранд, – медленно произнесла девушка, – ты все это сделал, убил одного и противостоял другому, и... Ранд, я ничего не почувствовала. Через узы, я хочу сказать. Ни страха, ни ярости. Даже волнения! Ничегошеньки.

– Я на него не злился. – Покачав головой, он снова принялся запихивать одежду в корзину. – Его надо было убить, вот и все.

И почему я должен бояться?

– О-о, – слабым голосом произнесла Мин. – Понятно.

Она снова склонилась над книгами. Узы будто затаились, словно она глубоко задумалась, но через неподвижность червячком проползла тревога.

– Мин, я обещаю, с тобой ничего не случится. – Ранд не знал, сумеет ли сдержать обещание, но стараться собирался изо всех сил.

Мин улыбнулась, чуть не рассмеялась. О Свет, как же она красива.

– Я это знаю, Ранд. И я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. – Сиянием полуденного солнца по узам потекла любовь. – Все же Аливия права.

Согласись, мы должны тебе как-нибудь помочь. Если ты как следует опишешь тех приятелей, мы тоже сможем поспрашивать. Ты же не можешь обыскать в одиночку весь город.

Мы – мертвецы, пробормотал Льюс Тэрин. Мертвецам лежать бы тихонько в могилах, так ведь нет...

Ранд почти не слышал этого голоса. Он вдруг понял, что незачем ему давать описания Кисмана и остальных. Он может их нарисовать, причем так хорошо, что любой узнает их в лицо. Вот только сам он в жизни рисовать не умел. А Льюс Тэрин – умел. Вот что должно было испугать его. Именно это.

* * *"

"Изам расхаживал по комнате, рассматривая ее в вездесущем свечении Тел’аран’риода. В промежутке между двумя брошенными на постельное белье взглядами оно из смятого стало выглаженным. Покрывало, бывшее цветастым, стало гладким, темно-красным, потом сменилось лоскутным. Недолговечное здесь всегда претерпевало изменения, и он почти не обращал на эти перемены внимания. Он не мог использовать Тел’аран’риод так, как могли Избранные, но именно тут он чувствовал себя свободнее всего. Тут он мог быть тем, кем хотел.