Колесо Времени. Книги 1-14

Купол отчетливо донес ее голос. – Первая Советница, в последнее время много случаев, когда направляют мужчины?

Шалон посмотрела вниз и заморгала. Прозрачные прежде клинья теперь почернели, и вместо того, чтобы указывать в центр зала, каким-то образом повернулись приблизительно в одном и том же направлении. Одна из женщин внизу встала и, нагнувшись, вглядывалась в то место на металлическом кольце, куда указывал тонкий кончик клина, а две другие женщины уже торопились к проему с полукруглым верхом. И Шалон вдруг поняла. Триангуляция – штука простая и известна любой Ищущей Ветер.

– Будь это женщина, цвет был бы красный, а не черный, – почти шепотом промолвила Кумира. Она по-прежнему не подходила к перилам близко, но вцепилась в них обеими руками и наклонилась, заглядывая вниз. – Он предупреждает, определяет место, защищает. Что еще? Наверняка создавшие его женщины стремились к чему-то большему, им нужно было большее. Очень опасно не знать, какое у него еще может быть назначение. – Но испуга в голосе Кумиры не слышалось.

– Аша’ман, полагаю, – спокойно промолвила Алейс, отведя взгляд от Кадсуане. – Они нас не беспокоят. Они вольны входить в город, пока подчиняются закону. – Она была спокойна, но некоторые из женщин у нее за спиной захихикали – ни дать ни взять девчонки-юнги из новеньких, впервые оказавшиеся среди сухопутников. – Прошу простить меня, Айз Седай. Фар Мэддинг приветствует вас. Боюсь только, не знаю вашего имени.

Верин по-прежнему разглядывала пол купольного зала. Шалон вновь посмотрела за перила и изумленно сморгнула – тонкие черные клинышки.

– Все вы можете называть меня Эйдвиной, – сказала Верин. Шалон чуть не вздрогнула. Кумира же даже бровью не повела. – Вы помните историю, Первая Советница? – продолжила Верин, не поднимая взгляда. – Осада Фар Мэддинга Гвайром Амаласаном длилась всего три недели. Под конец она приобрела весьма безжалостный характер.

– Сомневаюсь, что они хотят слышать о нем, – резко сказала Кадсуане.

И в самом деле, большинство Советниц почему-то замялись. Кто такой, Света ради, этот Гвайр Амаласан? Имя казалось смутно знакомым, но Шалон не удавалось припомнить, кто он такой. Очевидно, какой-то завоеватель у сухопутников.

Алейс глянула на Кадсуане и поджала губы.

– История отмечает Гвайра Амаласана как выдающегося полководца, Эйдвина Седай. Возможно, талантом он уступал лишь самому Артуру Ястребиное Крыло.