Колесо Времени. Книги 1-14

За подписью и печатью одного из Высокородных, офицера в звании не ниже капитана, или распоряжение дер’сул’дам. Караульные у ворот и на причалах имеют списки всех действительных в городе печатей, поэтому я не могу сделать абы какую и надеяться, что она сойдет. Мне нужен экземпляр такого приказа с подходящей печатью. И все равно остается вопрос: кто будет нашими тремя сул’дам?

– Может, одной станет Риселле, – предложил Мэт. Риселле их планов не знала, и рассказать ей о них значило рисковать. Том задавал ей всевозможные вопросы, как будто желая побольше узнать о жизни под Шончан, и она была достаточно счастлива, расспрашивая своего шончанского приятеля, но вряд ли она испытывала бы счастье, рискуя тем, что голова ее «любимца» очутится на пике.

И хорошо, если она только откажется, а не сделает чего похуже. – А что насчет твоей дамы сердца, Джуилин?

Сам Мэт подумал о третьей. Он попросил Джуилина отыскать платье сул’дам, которое подошло бы Сеталль Анан, хотя у него еще не было возможности поговорить с ней. В «Странницу», после того как на кухню вошла Джолин, он возвращался один раз, чтобы убедить Айз Седай – он делает все возможное.

Понять она не пожелала, но госпожа Анан сумела погасить гнев Айз Седай прежде, чем та начала орать. Из нее вышла бы превосходная сул’дам для Джолин.

Джуилин неловко пожал плечами.

– Я и так с огромным трудом убедил Теру бежать со мной. Она стала... пугливой. Со временем я помогу ей преодолеть робость. Знаю, что смогу... но, по-моему, ей вряд ли можно поручить что-то важное. Тем более притвориться сул’дам...

Том подергал себя за ус.

– Маловероятно, чтобы Риселле захотела теперь уйти. Видно, Генерал Знамени лорд Йамада поет настолько хорошо, что она решила выйти за него замуж.

 – Он печально вздохнул. – Боюсь, больше от нее никаких сведений не получить. – Выражение его лица говорило: и не доведется больше положить голову ей на грудь. – Ладно, вы вдвоем помозгуйте, кого можно попросить. И выясните, удастся ли заполучить экземпляр приказа.

Том сумел подобрать нужные чернила и бумагу и утверждал, что скопирует любой почерк и подделает любую печать. К печатям он относился с презрением и не раз говорил, что их может воспроизвести всякий, у кого есть репа и нож.

Настоящее искусство – это воспроизвести почерк так, чтобы человек решил, что пером водила его собственная рука. Но пока никому не удалось раздобыть приказ с нужной печатью. Шончан не оставляли приказы где попало, как и ай’дамы. Казалось, и у Джуилина дело с ай’дамами шло не лучше. Два шага вперед – и каменная стена. Так безрезультатно минуло шесть дней. Оставалось четыре. Мэту же казалось, что с отъезда Тайлин прошло шесть лет, а до ее возвращения остается четыре часа.