Колесо Времени. Книги 1-14

Было совершенно немыслимо, чтобы Аримилла узнала про их нечаянную встречу, слишком быстро, и даже если бы узнала, почему она предложила им возможность побыть вместе? Ловушка? Шпион, который будет подслушивать о чем они будут разговаривать? Горничная Ниан, или… Или Джэнни? Ей показалось, что мир вокруг нее вращается. Черные и серебряные пятна поплыли у Элении перед глазами. Она решила, что сейчас упадет в обморок.

Внезапно, она осознала, что Аримилла обращается лично к ней с каким-то вопросом, и с недовольной миной на лице ждет от нее немедленного ответа.

В отчаянии она лихорадочно искала что сказать. Есть, она нашла.

– Позолоченный экипаж, Аримилла? – Что за нелепая идея. Сродни катанию в фургоне Лудильщиков! – О, замечательно! У тебя столько великолепных идей! – Аримилла довольно улыбнулась, отчего Эления вздохнула посвободнее. Женщина действительно была абсолютно лишена мозгов. Возможно здесь и в самом деле не хватает подходящих палаток. Вероятнее всего, сейчас она думала, что они безвредны. Приручены. Эления постаралась придать своему оскалу вид жеманной улыбочки.

Но она отбросила все идеи на счет способности тарабонца отвлечь женщину, даже на час. Имея подпись Джарида на листе с присягой, у нее остался только один путь расчистить себе дорогу к трону. Теперь все в ее руках и готово сдвинуться с места. Осталось решить последний вопрос. Кто должен умереть первым – Аримилла или Насин?

* * *Ночь опустилась на Кэймлин, и с ней пришел жуткий холод с острым ветром, пробирающим до костей. Тут и там на дороге виднелись пятна света, отбрасываемые окнами верхних этажей, которые говорили о том, что некоторые жители еще не легли, но ставни большей частью уже были закрыты, и тонкий серебристый месяц, низко висящий в небе, казалось, только подчеркивал окружающую темноту.

Даже снег, лежащий на крышах домов и налипший на фасадах, где его не могло затронуть дневное уличное движение, выглядел темно серым."

"Одинокий человек, закутанный с головы до пят в темный плащ, поскрипывая, пробирался по дороге, промерзшей до самых камней мостовой. Он с одинаковой легкостью откликался на имена Давед Ханлон или Дойлин Меллар.

Но имя для него было ничем не хуже кафтана, и при необходимости человек их менял с легкостью вместе с кафтаном. За прошедшие годы он сменил их сотню раз. Он мечтал о том, чтобы сесть возле камина в Королевском Дворце, протянув ноги к огню, с кружкой и кувшином бренди в руках, и прелестной потаскушкой на коленях, но он вынужден был подчиняться желаниям других. По крайней мере, здесь в Новом городе было довольно безопасно ходить.