Колесо Времени. Книги 1-14

Болт черной полосой мелькнул в воздухе. Когда он достиг цели, Ринна ткнулась вперед. Она почти сумела выпрямиться, схватившись за шею гнедого, когда ее настигла стрела Гарнана."

"Медленно она свалилась с лошади, и покатилась по склону, задевая за кусты, быстрее и быстрее, пока с плеском не упала в реку. Мгновение она плыла лицом вниз вдоль берега, затем поток поймал ее и перевернул, расправив юбки по течению. Медленно она поплыла к Элдару. Возможно, в конечном счете, она доберется до моря. Итак, теперь счет – три. Но это, казалось, не имело значения, по сравнению с тем, что кости остановились.

Направляясь назад на восток они не торопились. Не было смысла, и Мэт чувствовал себя смертельно уставшим. Тем не менее, они не останавливались, кроме как дать передохнуть и напиться лошадям. Никто не хотел разговаривать.

Уже была глубокая ночь, когда они добрались до Джурадора. Город виднелся темной массой. Ворота были плотно закрыты. Облака закрыли луну. Удивительно, но холщовые стены цирка Люка были по прежнему на месте рядом с городом.

– По крайней мере, я могу сказать Люка, что ему не нужно бежать, – сказал Мэт устало, поворачивая Типуна к вывеске. – Возможно он выделит нам местечко, чтобы поспать пару часов. – За все золото, что он оставил, Люка должен дать им собственный фургон, но, зная этого парня, Мэт надеялся на охапку чистой соломы хоть где-нибудь.

Но в фургоне Люка его ждал удар. Внутри действительно было просторно, по крайней мере, для фургона в котором был узкий стол посредине, вокруг оставалось достаточно места, чтобы ходить вокруг. Стол, шкаф и полки, все были отполированы, и сверкали. На позолоченном стуле сидела Туон. У Люка был стул, еще и позолоченный, пока все остальные обходились табуретами! За ее спиной стояла Селюсия. Сияющий Люка наблюдал как Лателле потчует Туон блюдом горячих печений, на которые темнокожая малышка смотрела так, словно собиралась на самом деле попробовать то, что готовила жена Люка.

Туон не удивилась увидев Мэта, вошедшего в фургон.

– Она захвачена или мертва? – спросила она, подхватив печенье изящно изогнув пальчики.

– Мертва, – сказал он уныло. – Люка, что во имя Света…

– Я запрещаю это, Игрушка! – перебила Туон, направив на него палец. – Я запрещаю тебе сожалеть о предателе! – Ее голос немного смягчился, но оставался непреклонным.