Колесо Времени. Книги 1-14

Его рука по прежнему сжимала обнаженный меч, но он был опущен.

Она положила руку на его плечо. Этого должно быть достаточно, чтобы уверить его, она бы никогда не преградила бы путь его руке с мечом, если бы им грозила какая-либо опасность: – «Не опаснее, чем…»

Слова растворились в воздухе, когда она заметила женщину приблизительно в тридцати шагах от них, медленно бредущую к ним сквозь рощу крупных деревьев. Должно быть перед тем она была загорожена стволом дерева. Это была Айз Седай в платье старомодного покроя с прямыми, абсолютно белыми волосами которые спадали на грудь, заколотые сзади, украшенной жемчугом заколкой из серебряной проволоки.

Этого не может быть. Но это волевое лицо с темными, чуть раскосыми глазами и крючковатым носом невозможно было спутать ни с чем другим. Невозможно, но Туранин Мердагон умерла еще, когда Беонин была Принятой. На полшаге женщина исчезла.

«Что это было?» – с поднятым мечом наготове развернулся Тервэйл, чтобы посмотреть туда же, куда смотрела она. – «Что тебя напугало?»

«Темный. Он касается мира», – мягко ответила она. Невозможно! Невозможно, но она не поддавалась галлюцинациям и миражам.

Она видела то, что видела. Ее дрожь не имела отношения к глубокому снегу. Она тихо про себя помолилась. Пусть всю мою жизнь Свет освещает мне путь, и да обрету я надежную защиту в руке Создателя, и твердую надежду на спасение и перерождение.

Когда она поведала ему о том, что увидела Сестру, умершую более сорока лет назад, он не стал пытаться убедить ее в том, что это ей померещилось, а просто вполголоса пробормотал собственную молитву. Но и теперь она не почувствовала в нем ни капли страха. Море страха в себе, и ни капли в нем.

Мертвые не могли напугать мужчину, который каждый день жил как последний. Он не был особенно рад, когда она открыла ему то, что задумала. Всего лишь часть плана. Она рассказывала, глядя в зеркальце и очень тщательно сплетая потоки. Она не была мастером в создании иллюзий, как ей бы хотелось. По мере создания плетения, лицо в зеркале менялось. Оно не слишком сильно изменилось, но оно уже не было лицом Айз Седай, и больше это лицо не принадлежало Беонин Маринайе. Из зеркала глядела женщина, которая смутно походила на нее, но с более светлыми волосами. "

"«Почему тебе нужно попасть к Элайде?» – подозрительно спросил он. Внезапно узы принесли укол. – «Ты хочешь оказаться рядом и потом развеять иллюзию, да? Она нападет на тебя и… Нет, Беонин. Если это должно произойти, то дай пойти мне. В Башне слишком много Стражей, чтобы она смогла знать всех в лицо, и она не станет ожидать нападения от Стража. Я смогу всадить кинжал ей в сердце прежде, чем она поймет, что случилось». – В его правой руке с быстротой молнии промелькнуло и пропало короткое лезвие.