Колесо Времени. Книги 1-14

В шаге от квартала Голубых – лагерь был устроен в грубом подобии комнат Айя в Башне – он спешился, чтобы помочь ей слезть, а потом снова запрыгнул в седло своего гнедого, оставив ее стоять с поводьями кобылы в руке, глядя ему в след. Зачем она этим занимается? Чистит его сапоги, стирает его вещи? Их отношения были отвратительны. Голубые должны положить этому конец, и в Бездну Рока такие обычаи. Все же не стоит столь сильно злоупотреблять ими, выставляя Айз Седай на посмешище.

Повернувшись спиной к Суан, она направилась к шатру, служившему временным прибежищем Совета Башни.

Собрания в нем были не так приятны, как встречи в настоящем Зале Совета, под самым носом Элайды, но немногие Сестры могли лечь спать в произвольное время суток, поэтому за шатром сохранилась прежняя функция. Романда неспешно пошла по дорожке. Она не хотела, чтобы кто-то видел, что она спешит на вызов Лилейн. Однако, чего хочет эта женщина?

Прозвучал Гонг, хорошо слышимый благодаря Единой Силе по всему лагерю – еще одно предложение Шарины – и тут же дорожки наполнились стайками семеек послушниц, спешащими на очередное занятие или ежедневные работы.

Эти семьи по шесть-семь человек вместе ходили на занятия, вместе выполняли работы, фактически всегда все делали вместе. Это был хороший способ управления таким большим количеством послушниц – за последние две недели в лагерь прибыли еще около пятидесяти, доведя общее число почти до тысячи, и четверть из них были достаточно юными, чтобы стать настоящими послушницами – это было больше, чем Башня набирала за века! Хотя, ей бы очень хотелось, чтобы все это не было работой Шарины. Эта женщина никогда не предлагала Наставнице Послушниц ничего подобного. Сначала она все от начала до конца организовала самостоятельно, а потом выдавала Тиане на блюдечке! Послушницы, часть из которых были с сединой или с морщинками на лицах, что как-то не позволяло называть их детьми, несмотря на белые платья, жались к краю дорожки, давая сестрам пройти, пока они делали реверанс, но ни одна не сошла в грязь, чтобы освободить больше места. И опять Шарина. Она распространила слух, что не желает, чтобы девушки пачкали свои красивые белые платья без необходимости. Этого было достаточно, чтобы Романда заскрежетала зубами. Послушницы, приседавшие перед ней, мгновенно выпрямлялись и едва не бежали прочь.

Впереди она увидела саму Шарину, разговаривающую с Тианой, окруженной свечением сайдар. Причем говорила только она, а Тиана просто кивала в ответ. В поведении Шарины не было ничего неуважительного, но, несмотря на белое платье послушницы, ее морщинистое лицо и седые волосы, собранные в плотный пучок позади головы, придавали ей вид той, кем она была – бабушки. А Тиана, к несчастью, была достаточно молода.