Колесо Времени. Книги 1-14

Это единственная вещь во всем лагере, к которой приковано твое самое пристальное внимание.

– Спасибо, ты очень добра, – ответил он, собирая лежащие страницы и пропустив мимо ушей скрытое оскорбление. Разве они только что не помирились? Треклятая женщина! – Кстати, чуть не забыл, Алудра. Ты что-нибудь понимаешь в арбалетах?

– В арбалетах? – переспросила она.

– Да, – сказал Мэт, складывая страницы. – Я подумал, что должен быть способ заряжать их быстрее. Ну знаешь, как те вертушки, что мы используем, только быстрее – пружина или что-то вроде того. Или вертушка, которую можно крутить, не опуская оружия.

– Вряд ли я в этом хорошо разбираюсь, Мэт, – ответила Алудра.

– Знаю, но ты разбираешься в похожих штуках, и я подумал, что может быть…

– Найди кого-нибудь еще, – сказала Алудра, повернувшись к другому незаконченному ночному цветку. – А я очень занята.

Мэт почесал голову под шляпой.

– Это…

– Мэт! – раздался клич. – Мэт, идем со мной! – Мэт повернулся навстречу вбежавшему в лагерь Алудры Олверу. Байл предостерегающе поднял руку, но Олвер, конечно, проскользнул под ней.

Мэт выпрямился.

– Что? – спросил он.

– Кто-то приехал в лагерь, – возбужденно ответил Олвер.

Мальчик представлял собой то еще зрелище: его уши были слишком велики для головы, нос нависал крючком, рот был слишком большим. Для ребенка его возраста безобразие было довольно милым. Но с возрастом подобное счастье улетучится. Возможно, бойцы были правы, начав обучать его обращению с оружием. С таким лицом лучше уметь постоять за себя.

– Постой-ка, угомонись, – сказал Мэт, запихивая чертежи за пояс. – Кто-то приехал? А кто? И зачем там я?

– Талманес послал меня разыскать тебя, – пояснил Олвер.

– Он считает, что она какая-то важная шишка. Он сказал, что у нее какие-то бумаги с твоим изображением, и у нее «характерное» лицо, что бы это ни значило. Это…

Олвер продолжал, но Мэт уже не слушал. Он кивнул Алудре и остальным и бросился прочь, мимо занавесок в лесную чащу, поспешив в основной лагерь. Олвер увязался следом.

Там обнаружилась похожая на бабушку, полненькая женщина в коричневом платье и с пучком седеющих волос, сидящая верхом на коротконогой белой кобыле. Ее окружила группа солдат во главе с Талманесом и Мандеввином, которые стояли прямо перед ней, словно две каменные колонны, отмечающие вход в гавань.

У женщины было лицо Айз Седай. Рядом с ее лошадью стоял пожилой Страж. Несмотря на седину в волосах, от этого коренастого мужчины исходило не меньшее чувство опасности, чем от любого другого Стража. Он немигающим взглядом изучал бойцов Отряда, сложив руки на груди.

Завидев приближающегося Мэта, Айз Седай улыбнулась."

"– А! Очень хорошо, – строго сказала она. – Ты высоко взлетел с тех пор, как мы последний раз виделись, Мэтрим Коутон.