Колесо Времени. Книги 1-14

Но чтобы им стала смещённая с должности Наставницы Послушниц Сильвиана? Это будет ударом по моральному состоянию всей Башни, поскольку многие сёстры считали Сильвиану идеальной Наставницей Послушниц.

Красные неохотно повели Эгвейн в комнаты послушниц, которые теперь располагались на двадцать втором этаже. Кажется, они были раздосадованы тем, что не смогли её выпороть.

Девушка не обращала на них внимания. После такого длительного заключения было чудесно просто пройтись. Это еще не было свободой – под конвоем пары охранниц – но, несомненно, очень похоже! Свет! Она не была уверена в том, сколько ещё дней смогла бы продержаться в этой сырой дыре!

Но она победила.

Осознание этого только начало ёй открываться. Она победила! Она противостояла худшему наказанию, которое только могла выдумать Элайда, и вышла победительницей! Амерлин будет наказана Советом, а Эгвейн – освобождена.

Каждый знакомый коридор, казалось, празднично сиял, и каждый ее шаг казался победным маршем тысячной армии по полю боя. Она победила! Война ещё не окончена, но эта битва осталась за Эгвейн. Они поднялись на несколько этажей, прежде чем вошли в более людную часть башни.

Вскоре она заметила проходящую группу послушниц; завидев Эгвейн, те начали перешёптываться, а потом разбежались в стороны.

Через несколько минут небольшая процессия во главе с Эгвейн начала встречать всё больше и больше людей в коридорах. Сестры всех Айя, выглядевшие занятыми – однако, их шаги замедлялись, когда они замечали проходившую мимо Эгвейн. Принятые в платьях с семицветной каймой маскировались гораздо меньше: они стояли на пересечениях коридоров, таращась на проходившую мимо Эгвейн.

В глазах каждой из них было удивление. Почему она на свободе? Они выглядели напряжёнными. Может быть, произошло нечто, о чём Эгвейн не была осведомлена?

– А, Эгвейн, – раздался голос, когда они шли по коридору. – Великолепно, ты уже свободна. Я хочу с тобой поговорить.

Эгвейн удивленно повернулась и увидела Саэрин, целеустремлённую Восседающую от Коричневой Айя.

Шрам на щеке женщины всегда делал её более… пугающей, чем прочих Айз Седай. Впечатление усиливалось седыми локонами, свидетельствовавшими о её внушительном возрасте. Немногих сестёр из Коричневой Айя можно было описать как устрашающих, но Саэрин несомненно относилась к этой группе.

– Мы ведём её в её комнаты, – сообщила Барасин.

– Хорошо, я поговорю с ней по дороге, – спокойно ответила Саэрин.

– Ей не позволено…

– Ты отказываешь мне, Красная? Восседающей? – спросила Саэрин.

Барасин покраснела.

– Амерлин не обрадуется, когда узнает об этом.

– Тогда беги и расскажи ей, – сказала Саэрин. – А пока я обсужу некоторые важные вопросы с юной ал’Вир, – она уставилась на Красных.