Колесо Времени. Книги 1-14

Звать на помощь было бесполезно – крик услышали бы только послушницы, поскольку обе ее Красные надсмотрщицы убежали. Надо же, повезло остаться одной! Она бы никогда не подумала, что захочет, чтобы тюремщицы были неподалеку.

В любом случае, если она закричит, Верин несомненно свяжет ее и заткнет рот кляпом из потоков Воздуха. Даже если кто-то из послушниц и впрямь услышит, они прибегут посмотреть, в чем дело – и попадут прямиком в лапы Верин. Так что Эгвейн выдвинула единственный в комнате деревянный табурет и села на него, хотя ее зад и протестовал против жесткого дерева.

Маленькая комната была спокойной и тихой, холодной и чистой, поскольку в ней никто не жил четыре дня. Эгвейн отчаянно искала путь к спасению.

– Я восхищена тем, чего ты достигла здесь, Эгвейн, – сказала Верин.

– Я следила за некоторыми безрассудствами, происходящими между фракциями Айз Седай, однако, я решила не принимать в них участия лично. Важнее было продолжать мои исследования и приглядывать за юным ал’Тором. Он вспыльчивый человек, должна сказать. Я беспокоюсь о юноше. Не уверена, что он понимает, как действует Великий Повелитель.

– Очевидно? – сказала Эгвейн. – Отрекшиеся?

– Что ж, все относительно, – Верин улыбнулась и погрела руки о чашку с чаем. – Избранные похожи на ватагу ссорящихся ребятишек, каждый из которых пытается перекричать другого, чтобы привлечь родительское внимание. Очень легко определить, чего они хотят: власти над другими детьми, доказательств, что они самые важные. Я убеждена, что не ум, хитрость или мастерство делают кого-либо Избранным – хотя, конечно, эти вещи важны.

Эгвейн нахмурилась. Они и в самом деле так спокойно беседовали об Отрекшихся?

– Почему он выбрал это качество?

– Это делает их предсказуемыми. Инструмент, от которого всегда знаешь, чего ожидать, более ценен, чем тот, который ты понять не можешь. Или, возможно, потому, что когда они борются между собой, выживают только сильнейшие. Я не знаю, честно. Избранные предсказуемы, но Великий Повелитель – нет. Даже после стольких лет изучения я не могу быть в точности уверена, чего он хочет и почему он хочет именно этого.

– И какое отношение все это имеет ко мне? – спросила Эгвейн.

– Да почти никакого – ответила Верин, прицокнув языком. – Боюсь, я позволила себе увести разговор в сторону, а у нас так мало времени. Я и впрямь должна быть более внимательной.

Она все еще казалась приятной, ученой Коричневой сестрой. Эгвейн всегда думала, что Черные сестры должны быть… иными.