Колесо Времени. Книги 1-14

Каждая линия фигурки была тщательно проработана – складки рубашки, кожаные ремешки на эфесе крохотного меча. Но лицо было искажено, рот перекошен в безмолвном крике.

«Айрам, – подумал Перрин. – Его звали Айрам».

Он не мог показать это мастеру Лухану! Зачем он сделал такую вещь?

Рот фигурки раскрылся еще шире – она беззвучно кричала. Перрин вскрикнул, выронив ее из хватки клещей и отскочив назад. Фигурка упала на деревянный пол и разлетелась на кусочки.

«Почему ты так много думаешь о нем? – Прыгун зевнул широко, по-волчьи, скрутив язык трубочкой. – Это обычная вещь – когда юный щенок бросает вызов вожаку стаи. Он был безрассуден, и ты победил его».

– Нет, – прошептал Перрин. – Для людей это необычно. Особенно среди друзей.

Стена кузницы внезапно растаяла, превратившись в дым. Это показалось ему совершенно естественным. Снаружи Перрин увидел широкую улицу, залитую дневным светом. Городские лавки торговцев с выбитыми окнами.

– Малден, – сказал Перрин.

Его полупрозрачная, туманная копия стояла снаружи. На ней не было куртки; на обнажённых руках бугрились мускулы. Он коротко подстригал бородку и от этого казался старше, значительнее. Неужели Перрин и вправду выглядел так внушительно? Коренастый человек-крепость с золотыми глазами, которые, казалось, светились, с сияющим топором-полумесяцем в руке размером с человеческую голову.

Что-то с этим топором было не так. Перрин вышел из кузницы, проходя через смутный призрак самого себя. Оказавшись на месте фигуры, он стал ею и ощутил в руке тяжесть топора, а рабочая одежда сменилась на боевое облачение.

Он бросился бегом. Да, это и вправду Малден. По улицам сновали айильцы. Он пережил эту битву, хотя сейчас он был куда спокойнее. Тогда он потерялся среди острых ощущений битвы и поисков Фэйли. Он остановился посреди улицы.

– Всё не так. Я принес в Малден молот. Топор я выбросил.

«Рог или копыто, Юный Бык, какая разница, с помощью чего ты охотишься?» – Прыгун сидел рядом с ним на залитой солнцем улице.

– Разница есть. Это важно для меня.

«Но ты ведь используешь их одинаково».

Из-за угла появилась пара Шайдо. Они смотрели на что-то слева, чего Перрин увидеть не мог. Он кинулся в атаку.

Он разрубил челюсть одного, затем вонзил шип топора в грудь другого. Это была жестокая, ужасная схватка, и все трое в конце концов очутились на земле. Понадобилось несколько раз вонзить шип во второго Шайдо, чтобы убить его.

Перрин поднялся на ноги. Он помнил, как убил этих двух айильцев, хотя он и сделал это молотом и ножом. Он не жалел об их смерти. Порой мужчине нужно сражаться, и все тут. Смерть ужасна, но это не отменяет того, что она необходима. По правде говоря, в этой стычке с Айил он чувствовал себя просто великолепно. Как охотящийся волк.