Колесо Времени. Книги 1-14

Каждая секунда задержки усиливает позицию его людей на этих переговорах. Он открыл глаза."

"– Грядет Последняя Битва, Асунава. У нас нет времени на дрязги. Возрождённый Дракон ходит по земле.

– Ересь! – воскликнул Асунава.

– Да, – согласился Галад. – Но в то же время это правда.

Асунава скрипнул зубами, но было видно, что он размышляет над предложением.

– Галад, – тихо сказал Борнхальд. – Не делай этого. Мы можем сражаться. Свет защитит нас!

– Если мы будем сражаться, по нашей вине погибнут хорошие люди, Чадо Борнхальд, – ответил Галад, не оборачиваясь. – Каждый удар наших мечей будет на пользу Тёмному. Дети Света – единственная истинная опора, которая осталась у этого мира. Мы нужны. Если для объединения требуется моя жизнь, да будет так. И я верю, что на моем месте ты поступил бы так же.

Он взглянул в глаза Асунаве.

– Взять его, – выпалил Асунава с досадой. – И передайте легионам отступить. Скажите, что я забираю самозваного Лорда Капитан-Командора на допрос, чтобы определить масштаб его преступлений, – он помедлил. – Да, и ещё скажите, что те, кто за ним следовал, не будут ни наказаны, ни допрошены. – Асунава развернул лошадь и ускакал.

Галад перевернул свой меч и передал его Борнхальду.

– Возвращайся к нашим товарищам и расскажи о том, что здесь произошло. Удержи их от боя и попыток меня освободить. Это приказ.

Борнхальд встретился с ним взглядом и медленно взял меч. Наконец, он отдал честь Галаду.

– Да, милорд Капитан-Командор.

Едва они развернулись, чтобы ехать обратно, как грубые руки схватили Галада и вытащили из седла Стойкого. От удара о землю у него вырвался хрип, когда грудь пронзила острая боль от раненого плеча. Он попытался подняться на ноги, но несколько Вопрошающих спешились и вновь сбили его на землю.

Один прижал его к земле, поставив ногу ему на спину, и Галад услышал скрежет металла вынимаемого из ножен кинжала. Они срезали с него доспехи и одежду.

– Ты не будешь носить униформу Чада Света, Приспешник Тени, – произнес один из Вопрошающих ему на ухо.

– Я не Приспешник Тени, – возразил прижатый лицом к траве и земле Галад. – Я никогда не произнесу подобную ложь. Я иду в Свете.

В ответ он заработал пинок в бок, потом ещё и ещё. Охая, он свернулся калачиком. Но удары продолжали сыпаться один за другим.

Наконец его поглотил мрак.

* * *

Тот, кто некогда был Паданом Фейном, спускался по склону холма. Бурьян рос рваными лоскутами, словно щетина на подбородке нищего.

Небо было чёрным. Штормовым. Ему это нравилось, пусть он и ненавидел того, кто был этому причиной.

Ненависть. Она была доказательством того, что он ещё живет, единственная сохранившаяся в нем эмоция. Единственная из возможных.

Всепоглощающая. Возбуждающая. Прекрасная. Согревающая. Неистовая. Ненависть. Чудесно.