Колесо Времени. Книги 1-14

Когда двадцать лет назад я потерял целое поле проса из-за поздних заморозков, ситуация была ничуть не лучше этой. Переживем и её – это точно, как сам Свет.

Деревья сами по себе выглядели неплохо. Ни следа вредителей, листья слегка пожухли, но всё еще свежие. Конечно, деревья зацвели весной позже обычного, и яблоки росли медленней. Но они росли.

– Хан, – неожиданно для себя сказал Алмен. – Ты знаешь, что топор твоего отца зазубрился? Почему бы тебе его не наточить? Адим, позови-ка Усо и Мура с телегами. Мы переберем падалицу. Посмотрим, вдруг там есть не слишком гнилые. Возможно, их съедят свиньи.

По крайней мере, у них осталось ещё две свиньи. Правда, этой весной не было поросят.

Юноши медлили.

– Поспешите-ка, – сказал Алмен. – Нам не повезло, но это не причина, чтобы лентяйничать.

Парни послушно умчались. От праздности родятся праздные мысли. Работа не даст им задуматься о том, что ждет впереди.

Но ему от этого было не легче. Он опёрся о забор, чувствуя под руками шероховатую поверхность неошкуренных досок. Ветер снова трепал полы его рубахи; Адринн всегда заставляла его заправлять рубашку, но теперь её больше не было, а ему… что ж, ему никогда это не нравилось.

Тем не менее он заправился.

Запах, висевший в воздухе, был каким-то неправильным. Затхлым, как в городе. Над сморщенными комочками, которые когда-то были яблоками, уже начали виться мухи.

Алмен прожил долгую жизнь. Он никогда не считал прожитые года, Адринн всегда делала это за него. Это было не важно. Он знал, что пожил немало, вот и всё.

На своем веку он видел нашествия насекомых, видел, как посевы гибнут от наводнений, от засухи или из-за халатности. Но за все эти годы он никогда не видел ничего подобного. В этом было нечто зловещее. Деревня и так уже голодала. Они не обсуждали это, особенно при детях и молодежи. Взрослые потихоньку отдавали всё, что у них было, детям и кормящим женщинам. Но у коров пропадало молоко, припасы портились, посевы гибли."

"В письме, лежащем в кармане, говорилось, что на его собственную ферму напали проходившие мимо наёмники. Они никому не причинили вреда, но забрали всё до крошки. Его сыновья выживали лишь благодаря тому, что выкапывали и варили недозревшую картошку. Они обнаружили, что девятнадцать картофелин из двадцати сгнили ещё в земле и, несмотря на зеленую ботву, необъяснимым образом оказались червивыми.

Десятки деревень в округе испытывали те же трудности. Ни у кого не было еды. Даже в Тар Валоне возникли проблемы с продовольствием для жителей.

Уставившись на аккуратные, безукоризненные ряды бесполезных яблонь, Алмен ощутил сокрушительную тяжесть. Тяжесть от попытки сохранить уверенность. Тяжесть наблюдения за тем, как всё, над чем трудилась его сестра, портится и гниёт.