Колесо Времени. Книги 1-14

– Нам нужно поговорить, Ранд. Не только об этом, ещё и о многом другом. И не последнее в этом списке – сёстры, которых связали Узами твои люди.

– Мы поговорим об этом, когда вновь встретимся.

Нахмурившись, она посмотрела на него.

– И вот мы пришли к этому, – произнёс Ранд. Он поклонился ей. Слегка, лишь чуть склонив голову.

– Эгвейн ал'Вир, Блюстительница Печатей, Пламя Тар Валона, дозволяете ли вы мне вас покинуть?

Он попросил об этом столь вежливо, что Эгвейн не могла решить, дразнит он её или нет. Она встретилась с ним взглядом. «Не заставляй меня делать то, о чём я буду сожалеть», – казалось, говорили его глаза.

Неужели она смогла бы его удержать? После того, как сама сказала Элайде о том, что он должен быть свободен?

– Я не позволю тебе сломать печати, – сказала она. – Это безумие.

– Тогда мы встретимся в месте, известном как Поле Меррилора, расположенном неподалёку к северу отсюда. Перед тем, как я отправлюсь к Шайол Гул, мы побеседуем. А сейчас, хотя я не хочу пренебрегать твоими требованиями, Эгвейн, но я должен идти.

Ни один из них не отводил взгляд. Остальные присутствовавшие, казалось, и вовсе не дышали. В Зале было так тихо, что Эгвейн слышала, как под ветром поскрипывает свинцовый оклад круглого окна.

– Замечательно, – сказала Эгвейн. – Но это не конец, Ранд.

– Конца не существует, Эгвейн, – ответил он, затем кивнул ей и развернулся, направившись к выходу из Зала. Свет! У него отсутствовала кисть левой руки! Как это произошло?

Пропуская его, сёстры и Стражи неохотно расступались. Эгвейн поднесла руку к голове, чувствуя лёгкое головокружение.

– Свет! – воскликнула Сильвиана. – Как вы сумели думать во время этого, Мать?

– Что?

Эгвейн оглядела Зал. Многие из Восседающих обмякли на своих местах."

"– Что-то схватило моё сердце, – сказала Барасин, поднимая руку к груди, – и крепко сжало. Я не посмела заговорить.

– Я пыталась говорить, – отозвалась Юкири. – Но мои губы отказывались шевелиться.

– Та'верен, – произнесла Саэрин. – Однако эффект был настолько силён, словно… Мне показалось, это сломает меня изнутри.

– Как вам удалось противиться этому, Мать? – спросила Сильвиана.

Эгвейн нахмурилась. Она ничего подобного не почувствовала. Возможно, это оттого, что она воспринимала его как Ранда.

– Нам необходимо обсудить его слова. Совет Башни продолжит свою работу через час.

И уж эта беседа будет Запечатана Пламенем для всех, кроме Совета.

– И отправьте кого-то убедиться, что он действительно уходит.

– Гарет Брин уже занимается этим, – донеёся голос Чубейна из-за дверей.

Восседающие потрясённо поднялись на ноги. Сильвиана наклонилась к Эгвейн:

– Вы правы, Мать. Ему нельзя позволить сломать печати.