Колесо Времени. Книги 1-14

- Когда мы прибыли, продолжил Байар, - мы обнаружили, что место для лагеря недавно использовалось. Это обеспокоило нас. Немного людей знало про стеддинг. Мы определили по единственному следу от костра, что таинственных путников было немного.

Его голос был четким, его описания - последовательными. Перрин совсем не так вспоминал ту ночь. Нет, он помнил шипение огня, яростно порхавшие в воздухе искры, когда Илайас опрокинул содержимое чайника в кострище. Он помнил спешные послания от волков, затопившие его разум, путавшие его.

Из-за волчьей настороженности он с трудом отделял себя от них. Он помнил запах страха Эгвейн, как он возился с седлом Белы, когда потягивал подпругу. И он помнил сотни людей, которые пахли неправильно. Как Белоплащники в шатре. Они пахли, как больные волки, которые набрасывались на все, что оказывалось поблизости.

- Лорд Капитан беспокоился, - продолжал Байар. Он очевидно не упоминал имя капитана, вероятно, чтобы не ранить Борнхальда. Юный капитан Белоплащников сидел совершенно неподвижно, глядя на Байара, словно не доверял себе смотреть на Перрина. - Он думал, что лагерь мог использоваться бандитами. Кто еще будет гасить свой огонь и исчезать в тот момент, когда кто-нибудь приближается? Именно тогда мы увидели первого волка.

Пестрая, сердитая и обеспокоенная. Изображения людей в белом с пылающими факелами. Ветер, шумящий между деревьями.

- Лорд Капитан счел волков дурным знаком. Каждый знает, что они служат Темному. Он послал нас на разведку. Мой отряд искала на востоке, просматривая скальные образования и осколки огромной сломанной статуи.

Боль. Люди кричали. Перрин? Ты потанцуешь со мной в воскресенье? Если мы окажемся дома к тому времени...

- Волки начали нападать на нас, - сказал Байар, его голос стал тверже. - Стало очевидно, что они не были обычными созданиями. Слишком согласованными были их атаки. Казалось, их там были дюжины, двигавшиеся сквозь тени. Среди них был мужчина, поражавший и убивавший наших боевых коней.

Перрин наблюдал за этим двумя парами глаз. Своими собственными, с расстояния руки. И глазами волков, которые только хотели, чтобы их оставили в покое. Они были ранены, немного раньше огромной стаей воронов. Они пытались увести людей прочь. Напугать их.

Так много страха. Как людского, так и страха волков. Он правил этой ночью, руководя обеими сторонами. Перрин мог вспомнить, как боролся за то, чтобы оставаться собой, сбитый с толку посланиями.

- Та ночь растянулась надолго, - сказал Байар, понижая голос, все еще полный гнева. - Мы миновали склон с крупным плоским камнем на вершине, и Чадо Латин сказал, что он полагает, что видел что-то там в тенях.