Колесо Времени. Книги 1-14

А то уже возникли опасения, что наладить с ними отношения никогда не удастся. Она многих настроила против себя, избрав Сильвиану на должность Хранительницы Летописей. Эгвейн уже не раз слышала шушуканья о том, что вступила бы в Красную Айя, даже несмотря на то что обзавелась Стражем, да вдобавок и замуж за него вышла.

— Если позволишь, я задам вопрос, — сказала Эгвейн. — Не послужило ли причиной подобного… наведения мостов, вопреки имевшимся сложностям, какое-то определённое событие?

— Кое-кто, Мать, упорно не желает признавать то, что вы сделали во время нападения Шончан, — ответила Аделорна. — Вы доказали, что вы воин по духу. Генерал. Вот чего Зелёные не вправе не замечать. Более того, это должно служить нам примером. Именно так сказали лидеры нашей Айя и приняли соответствующее решение — Аделорна посмотрела Эгвейн в глаза и почтительно склонила голову.

Что ж, намёк ясен. Аделорна и есть глава Зелёной Айя. Сообщить это открыто было бы неприемлемо, но вот так подарить Эгвейн это знание — всё равно что выказать огромное доверие и уважение.

Её действия как бы говорили: «Если бы тебя на самом деле избрали и возвысили из наших рядов, ты бы знала, кто нас возглавляет. Ты бы знала и другие наши секреты. Я расскажу тебе о них». Кроме того, это был ещё и жест благодарности. Эгвейн спасла Аделорне жизнь во время нападения Шончан на Белую Башню.

Амерлин не принадлежит ни к одной Айя — и Эгвейн продемонстрировала это, как никто другой из её предшественниц, поскольку никогда и не принадлежала ни к одной Айя. И всё же это был трогательный жест. Эгвейн прикоснулась к руке Аделорны в знак благодарности, после чего разрешила ей удалиться.

Чтобы не мешать беседе с глазу на глаз, о которой попросила Аделорна, Гавин, Сильвиана и Лейлвин по приказу Эгвейн ехали чуть в стороне. Эта шончанка… Эгвейн разрывалась между желанием держать её под постоянным присмотром и отослать куда подальше.

Сведения Лейлвин о Шончан и впрямь были полезны. До сих пор, насколько могла судить Эгвейн, Лейлвин говорила чистую правду. Пока что Эгвейн старалась держать шончанку при себе — хотя бы потому, что у неё то и дело возникали новые вопросы о Шончан. Сама Лейлвин вела себя не как пленница, а скорее как телохранитель. Можно подумать, Эгвейн доверила бы свою безопасность Шончан. Она покачала головой, проезжая мимо скоплений армейских палаток и походных костров. Большинство палаток пустовало, поскольку Брин уже построил армию в боевые порядки, предполагая, что троллоки явятся в течение ближайшего часа.

Брина Эгвейн обнаружила в шатре почти в центре лагеря, где он преспокойно наводил порядок в своих картах и бумагах. Здесь же находилась Юкири, стоявшая со скрещёнными на груди руками. Эгвейн спешилась и вошла внутрь.