Ведьма Пепельных туманов

Примерно за месяц все должно прийти в норму.

Значит, тот пепел – это знания?

Голова зашумела так, что меня затошнило. Сжав пальцы на руках, открыла рот и задышала чаще. Пепел – это знания? Глаза изнутри обожгло, горло сдавило спазмом, но я терпела, желая узнать, что со мной произошло на самом деле.

Кажется, я переусердствовала в своем стремлении узнать все немедленно. Возможно, я поторопилась и слишком упряма, но мне надоело постоянно быть в неведении.

Когда боль прошла, я открыла глаза и поморгала, стряхивая с ресниц влагу. Подняв руку, провела ладонью по лицу, понимая, что плакала, даже не заметив этого.

А еще, кажется, прокусила губу, слишком уж подозрительно она болела и пульсировала. Да и этот привкус – однозначно кровь.

Отдышавшись, я встала и подошла к окну, выглянув на улицу. Ничего обычного там не было. Казалось, вместо неба – полнейшая пустота и чернота. Не видно было ни звезд, ни луны. Просто черное полотно над миром, пугающее и безграничное.

Но на улице все же темно не было, ведь туманы, словно подсвечиваемые откуда-то, мерно сияли жемчужным светом. И да, пепел до сих пор падал. Впрочем, как и сотни, тысячи лет назад.

Если в этом мире ничего не сломается, то он и дальше будет падать.

Вздохнув, я задумчиво прикоснулась к мутному стеклу. Оно мешало, не давая увидеть всей красоты."

"Туманы. У них есть своя, уникальная, завораживающая прелесть. Хотя в этом нет ничего странного. Все в мире имеет свою собственную красоту, нужно лишь остановиться, оглянуться и прислушаться. Я помню, как я любила гулять в лесу. Он казался мне тогда добрым, громадным и могущественным дедушкой, который никогда не обидит, укроет и споет песню. В той песне не было слов, только шелест листьев, скрип деревьев, шум насекомых, журчание далекого ручья и редкие крики лесных птиц.

Уникальная, завораживающая песня.

Так и туманы.

Развернувшись, я вышла из комнаты.

– Госпожа? – тут же возник рядом со мной сновдаль, смотря спокойно, ожидающе.

– Я хочу выйти на улицу, – сказала, подумав, что надо, наконец, выделить время и исследовать замок, иначе я так и буду постоянно нуждаться в помощи, чтобы попасть куда-то дальше своей комнаты.

Ингрэйг просто кивнул и пошел впереди. Я следовала за ним, посматривая по сторонам.

Коридоры, по которым мы шли, уже были полностью очищены от грязи, пыли и копоти. Полы теперь были покрыты длинными ковровыми дорожками темно-бордового цвета. На стенах красовались яркие, словно новые, гобелены, которые «заковали» в тяжелые темно-коричневые рамы. Кроме гобеленов можно было увидеть большие картины.

Оглянувшись, я поняла, что таким изменениям подверглось лишь это крыло замка. В комнату, где проходила беседа с Грэгором, мы добирались другим путем, и там пока все было значительно скромнее.