Конкурс убийц

Крупная надпись кричала «Ангел идет домой», та, что помельче, приветствовала жителей и гостей города на всероссийском фестивале граффити.

Въехав в город на электричке, Гуров этого старания администрации оценить не смог.

Наверное, Сизый тоже подумал об Аджее, увидев щит. Потому что впервые за всю дорогу спросил:

— Лев, и ты уверен, что Полонский не причастен к той мумии?

— Я уверен в том, что он имеет к этому делу отношение. Но он не убивал.

— Почему ты так думаешь?

Гуров постучал пальцами по папке с фото, лежащей у него на коленях.

— Я думаю, что он способен убить. Защищая и защищаясь. Но неспособен на утонченное, продуманное зверство. Если бы он был склонен к таким вещам — это проявилось бы раньше. Он бы не терпел столько лет. Да и в искусство ушел едва ли.

Чем дальше, тем портреты Аджея встречались чаще, но Лев уже знал человека, которого поклонники творчества считали ангелом, и теперь это лицо вызывало совсем иные эмоции. Не ангел вернулся домой. Аджей вернулся в Онейск. Город, который своим безразличием к судьбе одинокого молодого парня когда-то заставил его написать на стене картину, где в душной ночи тонула мертвая улица с безучастными окнами, горели красные фонари и в луже лежала узкая черная туфля с красной стелькой.

Но перед тем кто-то, тоже имевший к тихому Онейску свой счет, заживо замуровал в этой стене человека.

Гуров купил четыре гамбургера и большую бутылку колы. Одному было столько не съесть, но о вечно голодном Викторе тоже стоило помнить. Лейтенант устроил его в своем кабинете и исчез по служебным делам, попросив Гурова не налегать на гамбургеры. Полковник подкрепился, включил компьютер. Сразу же, на той самой дискете, обнаружил файл с фотографиями под скромным названием «Баржа». Подумав, решил не удалять, а отдать Аджею — и дискету, и фото. Пусть уничтожит сам и разорвет еще одну цепь, связывающую его с Онейском. Повозившись с установкой, ознакомился с информацией на дисках, и стало еще гаже. Нет, пусть со своими земляками Виктор Степанович разбирается сам.

Сизый застал его за игрой в сапера. Присел напротив. Щедро отхлебнул из бутылки, посетовал на то, что Гурову два гамбургера вредно, а ему, молодому и растущему, было бы полезно. Но к еде не притронулся.

Гуров выключил компьютер, вгляделся в кои-то веки озадаченное неизвестной тревогой лицо лейтенанта.

— Не томи, Витя. Что за новости.

— Новости пикантные. — Сизый хотел откинуться на спинку, но вовремя вспомнил, что спинки в его кабинете у стула для посетителей нет. Ссутулился, оперевшись локтями на колени. Взял гамбургер, покрутил перед глазами. Положил на место и только тогда посмотрел на Гурова. — Нашли тело Сифона. Его задушили, набросив на шею обычный кожаный ремень, орудие убийства прилагается.