Забери меня

— Признавайтесь, — Эльвира заговорщически понижает голос и берет меня под локоть, — вы просто завидуете, что глупая девочка преследует Демида.

— Было бы чему завидовать, — фыркает один из них.

Эля грозит элегантным пальчиком.

— Не скромничайте, каждый из вас в душе охотник.

Ей удается как-то подмазаться сразу ко всем. Мужики заметно добреют, подосаниваются. Дескать да, мы еще ого-го.

— Между прочим, не просто преследует, — влезает Щеглов, — я видел как они обедали вместе.

Пальцы на моем локте чуть вздрагивают.

— Что такого? Приятно есть вкусную еду в хорошей компании.

— Хорошая компания? Ты видела, как она сюда завалилась."

"— Ну что поделаешь, — Эля пожала плечами, — свои мозги в чужую голову не вложишь. Всем нам на пути попадаются странные люди. Помните, Аркадий Дмитриевич, как тебя тоже преследовала фанатка. Блондинка. Анита вроде. Я не ошибаюсь?

У него краснеют кончики ушей. Про Аниту я не в курсе, остальные как видно тоже, потому что удивлённо переглядываются. Щеглов очень старательно поддерживает репутацию хорошего семьянина и ни разу не был замечен за прелюбодейством.

— Она ведь тоже как банный лист к тебе липла. И ты ее отвадил, — мягко улыбается. Мягко стелет. — Как истинный джентльмен. Вот и Демид отваживает.

Она забалтывает их всех, планомерно переключая с моего сегодняшнего позора, на их собственные косяки.

В итоге все приходят к выводу, что все беды от глупых баб и расходятся, удовлетворенные беседой. Их больше не интересую ни я, ни мой бешеный Ёжик.

— Эля, ты просто волшебница, — Влад показывает два больших пальца и ретируется следом за остальными.

Артур тоже уходит. Он как орел неустанно бдит за тем, где его Вероника.

Мы остаемся с Эльвирой наедине.

Я смотрю на нее с некоторой досадой. Досада из-за того, почему кому-то достается воспитание, хорошие манеры и острый ум, а кому-то копна рыжих волос и ветер в голове.

Лишний раз убеждаюсь, что Эльвира идеальна.

Она ведь прекрасно поняла, что с Вознесенской у меня далеко не платонические отношения. Могла бы тоже устроить скандал, оскорбиться, плеснуть мне в рожу шампанским. Но вместо этого она умудрилась все разрулить так, что все свелось к сочувственным шуткам. Посмеются и забудут.

— Спасибо, — произношу, напряженно всматриваясь в ее лицо, — ты меня спасла.

Она улыбается. На дне глаз притаилась горечь, но она держит ее под контролем.

Никаких истерик.

— Не чужие люди, — жмет плечами и хочет уйти, но я не отпускаю. Удерживаю ее за локоть.

— Постой.

— Что-то еще?

— С меня ужин в качестве благодарности.

Эльвира скованно улыбается:

— Я подумаю.

Кивает на мою руку, и я разжимаю пальцы, отпуская ее.

Мне тоже надо подумать. Хорошенько так. Обстоятельно.