Забери меня

— Что же это тогда было? — сердито указывает на свое задранное платье.

Загорелое бедро бросается в глаза, но я равнодушно жму плечами:

— Демонстрация силы… Для особо одаренных.

Вознесенская заводится моментально.

— Демонстрация силы?! Мерзавец!

— Нужно продолжение? — перехватываю тонкое запястье, уворачиваясь от внезапной пощечины, — без проблем. Но не здесь и не так.

Хочешь? Получишь. Но на моих условиях.

— Ты сам предложил это место, — сочные, алеющие от моих поцелуев губы, обиженно подрагивают, — сам предложил по-быстрому!"

"— Лера, сарказм вообще не твой конек, да? Я специально вывез тебе такие условия, чтобы ты сбежала. Осознала, что херней страдаешь, и сдала назад. Но ты, видать, так не поняла.

Она отворачивается, тянет ниже подол, пытаясь прикрыть коленки, а потом просто сидит и рассматривает свои подрагивающие пальцы.

Что рыжая, стыдно?

Сты-ы-ыдно. Пробрало, наконец.

Она бордовая как помидор и такая несчастная, что даже хочется пожалеть. Но перебьется.

— Я тебе не нравлюсь? — наконец, выдает, жалобно шмыгая носом.

— Мне не нравится твоя дурь. Слишком высокая концентрация на квадратный сантиметр, — протягиваю ей салфетку.

Она смотрит на нее грустно, потом забирает, протирает слезы и сморкается.

Громко, протяжно. Как слон. Вообще не принцесса.

Я отворачиваюсь к окну, опираюсь локтем на дверь и закусываю костяшки на кулаке чтобы не засмеяться.

Ситуация настолько дурацкая, что уже не получается на нее злиться.

Ёжик, такой Ёжик.

Мы продолжаем сидеть в машине, молча глядя в разные стороны. Я слышу ее дыхание, сначала рваное измученное, но постепенно становящееся все тише и ровнее.

— Успокоилась? — оборачиваюсь к ней.

Она расстроенно кивает и ведет пальцем по стеклу, повторяя причудливый след, оставшийся после дождя.

— Расскажешь, что это было?

Лера тяжело вздыхает:

— Я не знаю.

— Это не ответ.

Еще более тяжелый вздох:

— С девочками общалась. Они все с парнями…

— И что?

— А я нет.

Мне не понять логики этих девочек.

— Что мешает? Ты красивая. Сама знаешь это. Внимание она тебя всегда обращают.

Лера недовольно морщится и мотает головой, так что рыжие кудри прыгают по плечам.

— Не нравится мне никто. Я не хочу с кем-то, лишь бы было. Это все не то.

— И поэтому написала мне?

Она замирает. Смотрит, изумленно хлопая глазами, понимая, что сама себя загнала в ловушку.

— Я… — тянет, пытаясь подобрать слова.

Кручу ладонью, подталкивая к продолжению. Спустя еще минуту мучений Вознесенская устало отмахивается:

— Не могу ответить на твой вопрос.

— Стыдно?

— Подбросишь? Или мне прямо здесь выходить?

Подброшу. Куда я денусь.

Досадливо крякнув, выхожу из машины, и перебираюсь вперед. Меня все еще штормит. В брюках тесно, в голове хер пойми что.