Короткое лето

— Ну?

— Не нукай, не запряг! — Саня, кажется, нашел нужное, какой-то металлический цилиндрик вроде ручки без острого конца, повернул кольцо — и из штуковины вырвалось зеленое острое пламя. И Саня опять медленно пополз вдоль своего крута, поднося огонь к земле, и следом тут же поднималась невысокая, в ладонь, стенка такого же огня.

Дмитрий сменил магазин, а я в очередной раз вытащил из кобуры револьвер. Все, у нас последние залпы. И вдруг по спине прошла волна холода, я обернулся и перед собой увидел самое настоящее окно в пространстве — прямоугольное, с ровными краями, состоящими из ничего.

И там, за окном, чуть ниже, находилась земля, но уже не эта, а совсем другая, до которой много километров отсюда.

— Ты первый, — спокойно сказал Саня. — Я последним, сниму телепорт.

И я просто шагнул в это окно, чуть пригнувшись, и полетел вниз, на мягкий стог сена, который принял меня в свои объятия, только вот винтовка наподдала краем приклада по затылку. Я откатился в сторону, следом упал Дмитрий, и я увидел, как надо мной, стоя в проеме, Саня нагнулся, выдернул из земли амулет и показал кому-то у себя за спиной средний палец.

Затем он шагнул в портал, и окно схлопнулось. Чародей рухнул в сено, затем сел, почесал бороду и задумчиво сказал:

— Новые зажигательные я уже придумал. Любого калибра.

Я посмотрел на него с уважением.

Клондайк

28 июня, вторник

Телепорт — штука хорошая, однозначно. Кто бы с этим спорил. Раз — и нас уже не рвут в клочья призраки, а вместо этого мы стучимся в ворота Нижнего Хутора. Там нас кормят, наливают по пятьдесят, потом еще по пятьдесят, и мы сидим под навесом за грубо сколоченным столом и ждем, когда за нами заедут. Лодка, мотор и какое-то барахло списаны в потери, но мы сами в этом неприятном списке не значимся.

Сане спасибо на самом деле, без него даже представить трудно, как бы все для нас закончилось.

Погода подкачала разве что. В такой день хочется лета и солнца, а тут сегодня дождь полил, и на градуснике плюс пятнадцать всего. Ну да и ладно, исправится. Прошлое лето почти все сплошняком теплым было, и тут это за правило вроде как, компенсация за долгую и тяжелую зиму.

— Туда целый взвод послали, на просеку, — рассказывал между тем командир опорника, тот самый, что нас тогда встретил.

— Предъявить на самом деле нечего, но все же задержали двоих водил с КамАЗами. Те так нормально устроились, даже жилой модуль туда притащили и установили полный комплект защиты. Всерьез там устроились.

— Лодки должны вернуться, там еще четыре человека как минимум будет, — напомнил я.

— Вот и ждут теперь, когда лодки вернутся. Хотя все равно отпустим, сам понимаешь.

Это я понимаю. Думаю даже, что миром бы разошлись с той компанией, потому что предъявить им было все равно нечего. И они это знали.