Жрец Хаоса. Книга II

— Матушка, — начал он, слегка склонив голову перед императрицей, сидевшей в своём любимом кресле на балкончике с видом на сад, — позвольте задать несколько вопросов относительно наших гостей.

Пышные бутоны вьющихся по парапету роз отражались в её холодных голубых глазах, когда она отложила книгу и жестом пригласила сына сесть рядом.

— Слушаю тебя, Андрюша, — прозвучал её ровный голос.

Принц занял место напротив, тщательно подбирая слова. Его пальцы продолжали теребить перстень, выдавая внутреннее напряжение.

— Я надеюсь, ты не рассматриваешь этих кузин всерьёз в качестве кандидатур для брачного союза?

Императрица слегка приподняла бровь, её губы тронула едва заметная улыбка.

— Ну почему же? Они прекрасные магички, внешностью боги не обидели, да и родство у нас весьма отдалённое.

Андрей Алексеевич скептически осмотрел мать, его взгляд стал твёрже. Он откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.

— Мама, а какими ты представляешь наших детей, твоих внуков? — спросил он, намеренно смягчив тон.

Руки императрицы оживились, её пальцы сложились в замок.

— Можешь представлять их белокурыми ангелочками, можешь — рыжеватыми, как ты с отцом. Да какая, в сущности, разница? Лишь бы здоровые были, — её глаза заблестели от радости при мысли, что сын вообще заговорил о продолжении рода.

Принц резко встал, подошёл к балюстраде и опёрся на неё, разглядывая мать.

— Вот видишь ли… Ни одна из княжон Эстерхази не сможет подарить мне таких детей.

— С чего ты взял? — искренне удивилась императрица, её брови поползли вверх.

Андрей Алексеевич задеревенел, его голос приобрёл металлические нотки:

— Потому что единственный способ, которым любая из них станет императрицей — это через мой труп.

Лицо императрицы потемнело, её пальцы вцепились в подлокотники.

— С чего ты взял? — повторила она уже холодно.

Принц достал из кармана небольшой амулет и бросил его на стол между ними. Камень слабо замерцал радужными бликами.

— Так уж вышло, что у меня оказался иллюзорный амулет достаточно высокого ранга.

Императрица замерла, её пальцы сжались так, что костяшки побелели.

— К тому же, — продолжал принц, медленно обходя кофейный столик, — у меня появились вопросы к твоей кузине.