Кошки-мышки

Встреча в ресторане «Эйри», куда полагалось являться при галстуке и в чистой рубашке. Ребус осмотрел свой костюм. Рубашка сойдет, галстук — нет. Проклятье.

День начался слишком хорошо. Трейси разбудила его, принеся завтрак на подносе. Крепкий кофе, апельсиновый сок, тосты и мед. Извинившись, она объяснила, что нашла на полке в гостиной немного денег, вышла в ближайший магазин, вернулась и приготовила ему завтрак.

— Удивительно, как это вас не разбудил запах жарящихся тостов, — произнесла она.

— Перед вами человек, который умудрился проспать знаменитый триллер «Ад в башне».

Смеясь, Трейси села на кровать и принялась откусывать маленькие кусочки тоста, а Ребус жевал горячие ароматные ломтики медленно и задумчиво.

Когда в последний раз ему приносили завтрак в постель? Лучше не вспоминать…

— Войдите! — рявкнул он, хотя никто и не думал стучать.

Трейси ушла совершенно спокойно. Сказала, что чувствует себя замечательно. Не может же она отсиживаться у него вечно? Он отвез ее в Пилмьюир, но под конец сделал глупость: дал ей десять фунтов. В следующий момент он понял, что этот его жест, эти деньги устанавливают между ними какую-то ненужную связь.

То его бывшую любовницу Джилл Темплер.

— Войдите! — крикнул он еще раз.

Теперь дверь приоткрылась на дюйм, потом еще на десять.

В дверь просунулась голова.

— Никто не стучал, сэр, — проговорила она.

— Разве? — прогремел Ребус своим самым театральным баритоном. — Тогда придется поговорить с вами.

Констебли вошли, и Ребус показал им на два стула перед своим столом. Один сразу сел, второй остался стоять.

— Я лучше постою, сэр.

Первый перепугался, решив, что нарушил какое-то правило.

— Вы не в армии, — внушил Ребус стоящему, в то время как первый уже начал подниматься на ноги. — Сядьте!

Оба сели.

Ребус потер лоб, словно у него болела голова. Очень кстати было бы припомнить, что это за молодцы и за каким лядом он их вызывал.

— Так, — произнес он. — Зачем, вы полагаете, я вызвал вас?

Прием избитый, но эффективный.

— По делу с колдовством, сэр…"

"— Колдовством? — Ребус посмотрел на говорившего: это был тот самый парень, который показал ему рисунок на стене. — Да. Колдовство и смерть от передозировки наркотика.

Оба понимающе моргнули, а Ребус попытался нащупать следующий вопрос.

Что же, черт побери, ему было от них нужно? Сейчас он не мог вспомнить ничего, кроме десятифунтовой бумажки, улыбки и запаха жареных тостов. Но тут его взгляд уперся в аккуратный форменный галстук констебля. Галстук на прищепке.