Кристмас

Я лежал, комкая провонявшие мочой одеяла, повторяя про себя как заклинание:

«Легенда. Легенда, которую рассказала Пелагея…»

Деревня Чертовка, «Алексеевский хутор»,Воронежская область,30 декабря 2008 г.Утром повалил густой и мокрый снег.

Сергей и Женя еще спали. Макс после разговора с мнимым инвалидом сел на стул возле окна и так просидел всю ночь, неотрывно глядя на улицу, заваленную снегом. К утру стоявшая перед ним пепельница была заполнена окурками до самых краев.

Борис, Андрей и Ангелина завтракали. Моченые яблоки, квашеная капуста, маринованный чеснок, копченая свинина – все было хаотично разбросано на столе в комнате бывшего патологоанатома Бориса.

Глядя на него, уже никто не смог бы сказать, что пару часов назад этот человек играл роль умирающего инвалида с парализованными ногами и гниющей кожей.

– Как там наши голубки? – спросил он, с аппетитом обгладывая свиное ребрышко.

– Спят. Как иначе, если проворковали всю ночь, – доложил Аникеев-младший. – А этот Максим Фирсов после вашего разговора недельный план по куреву перевыполнил.

– Пускай покурит, на его месте у любого мозги будут пухнуть, – сказал Борис, вытирая руки и рот смятым полотенцем.

 – Перед ним сейчас дилемма, нравственный выбор. Гениально я придумал, куда там старине Шекспиру с его «Гамлетом». Вот ты, Андрюха, замочил бы своего старшего брательника, если бы приперло? – он посмотрел на бывшего участкового немигающим взглядом.

Тот покряхтел, помялся и ответил:

– Не знаю.

Главарь пришел в совершеннейший восторг. Он обнял Андрея и тихонько боднул его лбом:

– За что я тебя люблю, так это за честность. Ты у нас всегда такой был, в отца. Он был честный и принципиальный, а для прокурора эти качества опаснее саркомы легкого.

Вот вам ирония судьбы: папа, заслуженный работник юстиции, – под гранитным памятником. А сынки сгноили не один десяток человек, а в кое-каких делах пользуются и его старыми связями. Сидят, едят копченую свининку, запивают коньячком и наслаждаются жизнью. Как говорил библейский царь Екклесиаст: «Есть и такая суета на земле: праведников постигает то, чего заслуживали бы дела нечестивых, а с нечестивыми бывает то, чего заслуживали бы дела праведников».

Младший Аникеев потянулся за бутылкой коньяка, но Борис убрал ее и перешел на деловой тон:

– Хватит! Пить будем потом, как Новый год отметим.

Кстати, как там дела с расходным материалом?

– Два жмурика в подвале, один в яме, другой в избе, рука и голова в холодильнике, – отчитался майор в оставке, потом поправился: – Бабу из ямы я вынул. Для сегодняшнего представления, так сказать.

– Заводи «уазик», собирайте все с Бором, и в яму, никаких представлений. Ветками хорошенько замаскируйте, – приказал Борис. – Потом будет представление.