4
0
— А лучше рубашку, — и добавляю, смущенно отводя глаза: — В ней удобнее кормить…
— Хорошо, я попрошу горничную что-то для тебя подобрать, — соглашается Тимур, — но потом ты возьмешь водителя и поедешь за вещами. Тебе же надо вернуть все это барахло и документы. Я так понимаю, знакомые снабдили?
Снова смущенно отворачиваюсь, даже щеки начинают гореть. В его глазах я опять выгляжу лгуньей, способной на все, чтобы проникнуть в его дом. И каждый раз я делаю все, чтобы Тимур убеждался, что мне нельзя доверять.
Но без его доверия я проживу, а без дочери нет, так что свой выбор я уже сделала. И тут я замечаю, что в детской нет кровати для меня, только одно кресло.
— А где я буду спать, Тимур? — спрашиваю, оглядываясь.
Он поднимает на меня глаза, и я поражаюсь, сколько в них холода.
— Как где? У себя в комнате. Здесь есть радионяня, ты услышишь, если ребенок заплачет.
— Но так же неудобно, Тим! Ты не переживай, я могу и на раскладушке спать, и на надувном матрасе. Кормить лежа даже удобнее, и я…
Его глаза становятся ледяными.
— Ты плохо меня слышишь, Ника? Обслуга не будет жить на одном этаже со мной и моей дочерью. У тебя будет своя комната, и будь добра, когда в твоих услугах не будет необходимости, постарайся оттуда не выходить.
Ошалело смотрю на Тимура. Обслуга? Он никогда не называл так свой персонал. Помощники по хозяйству, сотрудники, охрана — да как угодно, но только не обслуга. Тимур всегда был предельно вежлив с теми, кто живет в его доме, и никогда не позволял себе таких выражений.
Я представляю, что сказал бы на это Робби, и его выражение лица. Открываю рот, чтобы возмутиться.
— Что-то не так? — ледяным тоном спрашивает Тимур. Медленно качаю головой.
— Нн-нет, все нормально.
— Тогда пойдем, я покажу тебе твою комнату. Кстати, подумай, какой оклад тебя устроит. С учетом, что ты без опыта работы, без педагогического и медицинского образования, на много не рассчитывай.
— Мне не нужен оклад, — говорю торопливо. — Мне достаточно того, что я буду со своим ребенком.
— Об этом не может быть и речи. Ты будешь получать заработную плату как все мои работники.
Ну хоть не обслуга…
— Ладно. Тогда на твое усмотрение. И можешь забирать ее в счет долга.
Тимур презрительно кривит губы:
— Тебе жизни не хватит, чтобы тот долг вернуть. И я уже предупредил, что тема закрыта. Не нарывайся на конфликт, Ника, если хочешь здесь работать.
Мне хочется встряхнуть его и крикнуть:
«Тимур! Не говори со мной так! Да, я обманула тебя, но посмотри на меня, это же я, Доминика!»
Но Тимур уже разворачивается спиной и уходит. Сцепляю зубы и иду за ним.
Он приводит меня в маленькую комнату за лестницей, где хранится спортивный инвентарь. Пропускает вперед, останавливается и вглядывается мне в лицо.
