Кубанский огонь

Он ведь раньше был приставом на хуторе Романовском. Это такая помойка, что поискать. Шибенники, бродяги, чуть не в каждом дворе притон. Александр Петрович с ними управлялся и сейчас весь город тащит. Да что город – целую область. То и дело я командирую его в разные концы помочь местной полиции. Вот и сейчас он в Ейском отделе. Там очередное происшествие, такое, что мурашки по коже. Четырех детишек зарезали, анцыбалы. Самой младшей три дня от роду, даже окрестить не успели. А ее ножом…

– Михаил Павлович, таких анцыбалов сейчас по Руси все больше и больше.

– Раньше не было! Откудова они взялись, из какой прорехи? Вот время настало…

– И раньше были. Я еще в тысяча восемьсот восемьдесят третьем году одного такого на лиственнице вздернул. Собственноручно, и испытал от этого облегчение… Нелюдь детишек пытал, спрашивал, где отцова казна. Так что зла у нас бессчетно. Но продолжим. А полицмейстер Захаров что за человек?

– Фасон гнет будь здоров, – неодобрительно сообщил Бабыч. – Я его приметил еще в Карсе, когда был там военным губернатором. Вроде бы в те поры он честно служил, старался.

Перетащил я молодца сюда, а теперь жалею. В нем что-то сломалось. Захаров с Пришельцевым живут как кошка с собакой. Для дела это убыток, понимаю…

– Зачем же вы его держите?

– Между нами, есаул скоро уйдет. Вернется обратно в Карс, на должность тамошнего полицмейстера. Содержание выше, и есть возможность выслужить чин подполковника. Так что не берите его в расчет.

– А жандармы?

– Сейчас от них толку мало.

– Сейчас? – зацепился за слово сыщик. – А прежде?

– Прежде у нас имелся охранный пункт, которым командовал полковник Засыпкин.

Вот он был на своем месте! Всех бомбистов, анархистов, социалистов из Екатеринодара вычистил. Федор Андреевич стал бы вам хорошим помощником. Да не судьба. Он теперь большой человек, полицмейстер Тифлиса. Кадр пункта влили в жандармское управление. Агентуру, что подобрал Засыпкин, туда же. И… она там, агентура, затерялась, что ли. По крайней мере, я уже давно не получаю надежных секретных сведений.

Лыков посмотрел на часы и продолжил расспросы:

– В какой мере я могу полагаться на Тихобразова?

Полковник Тихобразов был тем самым начальником КОЖУ, от которого генерал давно не получал надежных сведений.

– Мне кажется, он себе на уме и за холодную воду не берется.

– Простите, не понял…

Бабыч хмыкнул в седые усы:

– Это наша пословица, кубанская. Так говорят о лентяях.

Пришла очередь Лыкова улыбаться. Генерал дипломатично добавил:

– Впрочем, могу быть неправ.

Лыков поднялся.

– Михаил Павлович, спасибо за откровенный разговор. У вас полно дел, откланиваюсь. Буду держать вас в курсе, располагайте мною.