Купец. Поморский авантюрист

Рассказывал неспешно и так, чтобы рассказ выглядел максимально правдоподобно и не имел ничего общего с потусторонней силой. Собравшиеся внимательно слушали. По мере развития рассказа их лица то бледнели, то наливались румянцем, и так по кругу. Они охали, ахали, вздыхали и качали головами в такт повествованию.

— Худо вам, однако, пришлось, ой как худо, — резюмировал пузатый купец, когда повествование кончилось. — Вот так расскажешь кому, так не поверит, а мы собственными глазами видим. Надо ж такому случиться.

— Такое не развидишь, ей-богу, — вздохнул рыжий.

— Бог уберег, — повторил Митька, на этот раз благоразумно оставив в стороне часть про «беса». — Мы четверо из всех только и очухались, дверь открыли, отдышались. Только так и выжили. Правда, вот головы болят, память отшибло напрочь…

Последние слова Митька добавил чуть тише, опасливо.

Однако опасаться было нечего. Купцы с охотой приняли все за чистую монету и сопереживающе кивали, поглаживая бороды. От внимания не ушло, как пузач оглядел пол трюма, заваленный пустыми бутылками из-под вина.

— Выпивали, чтобы не замерзнуть, — последовало поспешное пояснение от рыбака.

— Та-а-ак, — протянул пузач. — А со вторым-то кораблем что?

— Эм… — замялся Митька, принявшись растирать виски.

То, что в губе Варзины стоял второй английский корабль, как-то совершенно вылетело из головы. Митька будто подзатыльник крепкий пропустил, настолько неожиданными оказались слова купца. И ведь действительно, второй корабль, в отличие от их шняки, никуда не делся, крепко на якоре стоял. Как отвечать, Митька попросту не знал, слишком была высока вероятность быть пойманным на вранье. И что, если на том корабле находились выжившие англичане? От этого предположения стало не по себе. Найдись хоть один единственный выживший, и тогда весь их обман тут же раскроется, а там…

Митька так и не успел ничего придумать в ответ, как один из купцов, из заднего ряда, прежде молчавший, внушительно кашлянул в кулак и сказал:

— Так наши ж уже сказали, что мертвые все на корабле том. Вы меня извините, капитан, что такие вести сообщаю.

Митька увидел, как блеснули яростью глаза у пузача, который буквально метнул молнии в говорившего, как бывает, когда смотрят на набедокурившего человека.

— С-с-пасибо за ответ, — процедил пузач раздраженно, но мигом успокоился и продолжил, уже обращаясь к Митьке: — Вам было об этом известно?

— Откуда? Только в себя пришли. — сказал Митька, у которого камень с сердца сорвался во второй раз.

— Хреново же обстоят у вас дела, господа.

Рыбак оставил эти слова без ответа. Хреново, кто же спорит?

— Что делать-то думаете? — продолжил пузач, выпячивая живот и складывая руки на груди, меняя «позицию».

— Как что, видано что — будем помощи искать.