Куратор Тёмного факультета

– Я хотела бы экстерном защититься на преподавательский стан. Не позднее, чем через три недели.

– По своей специальности?

– Нет. По общему профилю.

Профессор Сарш вернул очки на место и внимательно посмотрел на меня:

– Будет трудно. Вы же знаете, что требования на стан всегда высоки. А за такой срок потребуется много сил.

Я кивнула, протягивая справку, которую мне выписал Глен:

– Понимаю и полностью отдаю себе отчëт. Но очень нужно.

– Даже так... – задумчиво протянул профессор Сарш, сворачивая бумагу в трубочку. – Сколько помимо Вас ещё Тёмных преподавателей в Академии магии Миверна?

– Ни одного.

На всю Академию всего восемнадцать Тёмных: я и мои студенты. Поэтому хочу подстраховаться, чтобы у Светлых не возникло вопросов по поводу моей компетентности. Это в нашем университете вполне хватило бы и моего общего табеля для преподавания первому курсу.

Профессор Сарш сунул справку в рукав вместе с тем злополучным доносом, который выудил из ящика:

– Пойдëмте. Вам колоссально повезло, что на заседании Учёного совета будут все члены комиссии по присвоению преподавательских станов.

Часа три погуляйте где-нибудь, потом ждите у зала. А я пока перехвачу ректора, чтобы вкратце посвятить его в суть дела.

– Спасибо, профессор Сарш.

– Это Вам спасибо за Ваше отношение к учёбе, несмотря на статус. И за письмо...

***

Пару часов я провела в буфете, наслаждаясь великолепной выпечкой и травяными чаями, попросив собрать отдельный пакет для Лукса, чтобы забрать позднее. Даже если буфетчица к тому моменту, когда освобожусь, уйдёт, спокойно заберу заказ в специальном шкафу возле буфета. Мы так частенько делали во время сессии, когда увлёкшись подготовкой к экзаменам и зачётам, могли очнуться ближе к полуночи.

Зато как приятно: приходишь ночью к буфету, а тебя в определённой ячейке ждёт пакет с горячим чаем и пирожками. Поэтому частенько утром засылался к буфетчице ""гонец"" со списком заказов и деньгами, а потом уже кто когда мог, забирал своë. Благо на шкаф были наложены специальные чары, сохраняющие еду и напитки в том же состоянии, в котором их помещали в ячейку.

А пока что я сидела на подоконнике и ждала, когда из зала, где проходил Учёный совет начнут выходить деканы и заведующие кафедр.

Наконец, дверь открылась и показались первые из заседавших. Когда поток иссяк, двери снова закрылись.

– Адарнелия Эмильрин! Проходите, Вас ждут! – секретарь ректора пригласила меня войти.

Едва я переступила порог, как двери за моей спиной закрылись, оставив девушку в коридоре.

Слово взял ректор:

– Здравствуйте, Адарнелия Эмильрин! Профессор Сарш уведомил нас о Вашем желании претендовать на преподавательский стан.