Курсантка с фермы. Имитация любви (СИ)

— А почему ты не общался со мной весь семестр?

— Для твоей же безопасности.

— А поподробнее нельзя? Я не из праздного любопытства интересуюсь. В отеле творится что-то странное… Моего друга исключили из академии, потому что с ним в лесу случилось нечто необычное.

Ли взглянул на инфо-табло и сожалением произнес:

— Бывает.

— И это все, что ты скажешь? — удивилась я.

— Пока что – да. У меня скоро встреча на очередном курсантском аукционе. Да и тебе нельзя оставаться в моем номере надолго.

— Ах, теперь ты меня выпроваживаешь?

— Сначала я тебя вымою, и только потом выпровожу, — с ухмылкой заявил центаврианин.

— Цвин ты рогатый!

— Уже цвин? А как же жук?

— Жуки мерзкие, а ты просто хитрая сволочь!

— А ты не хитрая?

Фыркнув, я соскочила с кровати в надежде как можно быстрее найти свою форму. Ли соскочил следом за мной. Не желая ему поддаваться, я юркнула в сторону, нечаянно сбив прикроватный столик.

— Ай-яй, Ветрова.

— Приберешься, ничего с тобой не случится!

Мы закружили по номеру. Несколько раз я предпринимала попытки добраться до своей одежды, но Ли меня опережал. В итоге я совершила обманный маневр и швырнула круглый мелкий фрукт, упавший со столика, в Малейва. Центаврианин со своей прекрасной реакцией с легкостью его поймал.

— Неплохо, курсантка.

Ли вдруг бросил фрукт в меня; я успела отбить его рукой.

— Малейв!

Он воспользовался моим замешательством и, преодолев разделяющее нас расстояние, схватил меня в охапку. Мне сразу расхотелось сопротивляться… Поучая о том как важно предугадывать действия противника, он понес меня в душ, где поставил меня на пол душевой кабины, и включил воду. Поучения прекратились, потому что Ли начал меня мыть, не обделяя вниманием ни одну часть тела.

Я представила, как отреагируют родные на наши отношения. Род Малейв меня точно с распростертыми объятьями не примет, как и мои братья-фермеры не смогут смириться с зятем-центаврианином.

Братья… Свирепый Агапий, рассудительный Аркадий, дурашливый Артем… Если они узнают, с кем и что я сделала, задушат и закопают на ферме. А если проведают, что я сама пришла в номер к старшему, и, стало быть, я – инициатор, даже останков моих не останется – лучи Агапова гнева испепелят все!

Ли заметил перемену в моем настроении.

— Что?

— Мои братья… если они узнают…

— Они узнают.

— Нет, им знать нельзя.

— Я сам им скажу.

— Нет! Ты не посмеешь!

Возмутившись, я несильно ударила мужчину в грудь, в ответ он только крепче прижал меня к себе.

— Чего ты так боишься? — спросил Ли.

— Нам нельзя быть вместе. Твои родственники, Малейв, отравят меня или избавятся другим способом, а ты, если заявишься к моим братьям, получишь граблями по голове.

— Ты нравишься моей матери.

— А еще я нравлюсь твоему дяде.