Лабиринт Ванзарова

 – Его цель была в чем-то благородна. Он хотел найти в четвертом измерении, или ином мире, как он себе представлял, молодую девушку, которая очень давно была его женой. Она погибла вскоре после свадьбы, катаясь на катере в Финском заливе. Дело в том, что убийца был психически нездоров: много лет назад, после трагедии, он вообразил себя капитаном того катера, что перевернулся и утопил девушку. Такое заболевание, как раздвоение личности, известно психиатрии? Я ничего не путаю?

Николай Петрович сидел молча, чуть наклонившись к столу.

– Случаи описаны в медицинской литературе, – проговорил он.

– Благодарю вас, – Ванзаров легонько поклонился. – Я не доктор, дальнейшее только предположение. Раздваиваясь, убийца настолько входил в образ капитана, что ему для поисков девушки в ином мире требовались ее фотографии. Ведь заходил моряк Шварц, который мог не узнать ту, которую погубил. А теперь хотел спасти. В четвертом измерении все возможно, как утверждают. Найти старинную вещь, например, книгу Гермеса, золото, горку брильянтов. Человека, который там живет и даже не изменился с годами. Все возможно в четвертом измерении, нет ничего невозможного… Все, что невозможно здесь, возможно там.

Ванзаров положил на стол два обрывки фотографий.

– Убийца бросал эти снимки среди осколков. По причине гнева или по иным причинам, скрытым в его психике. Не столь важно…

Доктор смотрел на крохотные головки.

– Для чего мне это рассказали? – хрипло спросил он.

– Дело в том, что убийца совершил ошибку, – сказал Ванзаров, опуская руку в карман пальто. – Он невнимательно изучил метод перехода в иное измерение.

Над столом была протянута ладонь. На ней лежала дощечка со шнурком, прижатым бронзовыми стяжками. Зажмурившись, Ванзаров стал бубнить монотонным голосом, пальцы сжались в кулак.

Затихнув, он открыл глаза.

– Вот и все, – его пальцы раскрылись. На шнурке оказался узелок. – Узел Целльнера. Мы с вами в четвертом измерении, Николай Петрович.

Доктор наклонился и прыгнул. То, что случилось, трудно было предугадать. В хилом изможденном теле открылась невероятная сила. Котт опрокинул стул вместе с Ванзаровым, зарычал зверем, глаза налились кровью. Упав на спину, Ванзаров оказался в проигрышном положении. Чего не допускал на борцовском ринге. Доктор прыгнул на него, стал душить, брызжа слюной, издавая вопль. Ванзаров пытался его сбросить, ничего не получалось. Еле живое тело изливало силу, с которой не справиться.