Лагерь обреченных

 – Казачков от злости сплюнул на пол, матерно выругался. – Твое видение происшедшего?

– Некто вошел сюда с метательным ножом в руках. Паксеев поднялся в кресле. Некто метнул нож и попал ему прямо в сердце. Потом убийца нарисовал руну на самом видном месте и ушел. Что у нас говорит вахтерша, кто сюда поднимался сегодня?

– Андрей, у тебя с этой немкой контакт налажен, иди расспроси ее, что к чему, а я пошел руководство поднимать. Ты, кстати, всю картошку успел выкопать?

– Осталось немного, без меня справятся.

– Представь, я как чувствовал: в этом году вначале всю картошку подкопал, потом только собирать начали. Если бы послушался жену, сейчас бы у меня сотки три неподкопанные остались. Ты, когда женишься, никогда жену не слушай. Решил подкапывать – подкапывай!

Мы спустились в фойе, я отозвал вахтершу в сторону.

– Кристина Эрнестовна, мы с вами снова встречаемся по неприятному поводу. Что здесь произошло? Кто поднимался наверх, кто входил-выходил из ДК?

– Истинный крест, Андрей Николаевич, – вахтерша украдкой перекрестилась, – одна уборщица Инга за весь день наверх поднималась. Все же картошку копают, никого в поселке не осталось. Голубев, говорят, приказал всех, кто без дела будет по улицам шляться, хватать и на пятнадцать суток сажать. Детишки хотели утром зайти, я их не пустила."

"– Дежурные электрики, сантехники – что, никто на работу не приходил?

– Всех Дегтярев на картошку отпустил. Инга-то пришла, – вахтерша перешла на шепот, – сам понимаешь, она же не по работе в ДК заявилась, а с полюбовничком своим повидаться, пока никто не мешает. Ребеночка соседке своей, бабке Маше, скинула и бегом сюда, к Паксееву, а он мертвый лежит! Что за бесстыдство у людей: что на кровати, что на столе…

– Вернемся к Инге. – Я не дал старушке развить морализаторскую тему.

– Она пришла, поздоровалась, поднялась наверх и тут же вниз сбежала, глазищи выпучила, толком сказать ничего не может, трясется вся, как алкаш с похмелья. Я ей воды дала, она в себя пришла и говорит: «Убили Юрия Иосифовича, у него нож из груди торчит». Я даже проверять не стала, тут же в милицию позвонила.

– Паксеев когда в ДК пришел?

– Минут за сорок до Инги. Зашел, говорит: «Я поработаю сегодня в кабинете, всю картошку накануне выкопал». У него же все в огороде высажено, втроем они за неделю, по вечерам, все уберут.

– Втроем – это кто: он, жена и дочка?

– Жена у него с дочкой копают, а он так, ведра носит да руководит.

– А кем у него дочь работает?

– Да, считай, никем. Он ее в райисполкоме письмоносцем оформил. Придет с утра, чай попьет в секретариате – и домой. Она же у него немного того, с приветом. – Вахтерша для выразительности постучала себя согнутым указательным пальцем по голове. – Ее и замуж поэтому никто не берет, а учителю он отказал.