Лавка редкостей, или Наташа, ты попала!

И я услышала продолжение:

— Женевьев рассказывала про эти ваши новомодные веяния, но я всегда ей ставила в пример уклад жизни предков. Всегда говорила — негоже так жить. И тебе скажу — вот в наше время, не покидая дома, можно было год протянуть. А тут повадились — что ни неделя, бегут за припасами. Тьфу! Ну куда это годится?

Бабуля подбоченилась и выдала резюме:

— Подумай как следует, Наташа Риммель, я тебе худого не присоветую.

Я отхлебнула кофе и осторожно намекнула:

— Но сейчас-то запасов нет. И хранить их негде. Был бы у меня погреб, а лучше холодиль… — я осеклась, отругала сама себя, что едва не проговорилась и поспешила исправиться, — холодник какой-нибудь или ледник.

В глазах бабули мелькнуло недоверие:

— Нешто эта стерва Режина научила тебя кулинарной премудрости?

Я затихла, не зная, что ответить, но бабуля придумала ответ сама:

— Ни за что не поверю. Небось, бегала тихонько на кухню и подглядывала за поварами?

Я старательно закивала.

— Так я и знала. Не похоже на эту дрянь. Не умеет она делать добрых дел. Вот по тебе видно, что ты девица приличная, работящая, к наукам прилежная. А там…

На волне похвалы я решила ковать железо, пока горячо, и выпалила следующий вопрос:

— Кстати, бабулечка, а чем вы расплачивались с Мартой? Тетиными запасами? Или я там опять чего-то должна?

Стоило мне заговорить о деньгах, бабуля немедленно шмыгнула в стенку, рядом с которой висела во время беседы. Надо понимать, я попала в точку. И призрак вогнал меня в долги. Ну ладно, отдам Марте деньги, как раз и расспрошу её про рынок.

— Спасибо, было вкусно! — крикнула я вдогонку.

Будем считать, что призрак меня услышал.

Глава 16.2

Отражение в зеркале лучезарно улыбалось мне. Я умылась, оделась и прибрала волосы, когда в дверь нетерпеливо заколотили.

И кого принесло в такую рань?

Пришлось выглянуть из-за шторы на улицу. Перед дверью маячил мужчина, с важным видом взирающий на два здоровенных мешка у своих ног. Из-под ткани что-то выпирало в разные стороны.

Не было никаких сомнений, что это ко мне.

Мне ужасно не хотелось отпирать щеколду и впускать раннего клиента, но он забарабанил вновь.

— Чем могу служить? — вежливо улыбнулась я.

— Принимай товар, хозяйка. Все по списку, тютелька в тютельку, как и договаривались.

— Товар? — изумилась я. — Но… Вы, наверное, ошиблись, я ничего не заказывала.

— Да как же? Вот, — мужчина принялся шарить в бездонных карманах, погрузив руки в них едва не по локоть. Наконец на свет появилась измятая бумажка. — Вот накладная. Честь по чести. Мое дело доставить, ваше — принять и оплатить заказ.