Леди 2XL. Худеть не буду!

— Немного простыла, наверное.

Женщина бросает осуждающий взгляд на старшего сына. Качает головой. Цокает. Подливает мне в кружку горячего чая из пузатого стеклянного чайника.

— Лёль, передай лимончика, — мою подругу она тоже уже сосватала за своего младшего сына. — Лёша, ты посмотри на своего брата и тоже не считай ворон долго. Бабы все смеются, что сыновья у меня бобыли. Вместо внуков приводят… Хм… В этот раз отличились, мои соколики, — привстаёт на шум у ворот. — Очень интересно. Лёшка, сходи, проверь кого там принесло по нашу душу.

Все замерли за столом, ожидая «новостей с улицы», когда наши все дома.

— Лёшенька, любимый мой муженёк! Я как смогла, сразу прилетела сюда. Заждался?.. Я тоже по тебе скучала, родной, — какая-то брюнетистая вобла бросается Алексею на шею и смачно прикладывается своими губами к его.

Занавес.

— Лёля… Ты только дыши, подруженька, — а сама не дышу.

— Я услышала «любимый мой муженёк»?!

— Послышалось, — смотрю с надеждой сначала на Марфу Николаевну и ловлю утвердительный взгляд, а вот Михаил Михайлович… Да-а-а, детки не делятся с мамой секретами. — Или нет.

— Ой! — вскрикивает Марфа Николаевна под звук треска гранёного стекла в руке Лёли.

Нет стакана.

Нет больше надежды у подруженьки на одноразовый секс с Алексеем.

Она его сейчас кокнет при свидетелях.

Главная «медведица» была быстрее, чем подруга. Видимо не на шутку испугалась за своё потомство. Но подзатыльник сгоряча получили сначала один «соколик», а потом другой.

До отъезда мы просидели в комнате. Я хотела вызвать такси или другой транспорт, но Михаил Михайлович принял ситуацию в доме как чрезвычайное и сделать всё так, что через пятнадцать минут после инцидента мы с ветерком катили в сторону дома.

Надеюсь, что нас не выкинут на ближайшей автобусной остановке с Искоркой на руках.

— Слушаю, — раздражённо басит Потапов. — Правда? Уверен, что это как-то связано с… ней? — бросает на меня многозначительный взгляд. — Отбой.

— Что-то случилось? — с опаской обращаюсь к нему. — Мы вернём за стакан деньги. Сколько?

Не отвечает.

Не смотрит.

Ни-че-го.

Подумаешь, часть моего тела побывала во рту босса. С кем не бывает? Надеюсь, что не бывает или бывает, но очень и очень редко и по большой любви.

А если поплакать – полегчает?

Лёля в солнцезащитных очках покидает салон автомобиля. Плакала она. К вечеру накатим, чтобы стереть тоску и печаль с наших лиц. А завтра снова в бой!

— Я… — открываю рот, чтобы поблагодарить за роль нашего извозчика, но у Потапова другие планы.

— Будьте любезны, Серафима Ильинична, завтра без опозданий. Иначе вместо премии в аванс вы получите трудовую книжку без рекомендательного письма. Уяснили?

— Более чем, — под жалобное «мяу» на моих руках.