Ледяное сердце Элленхейма

Что бы вы мне ни говорили, моего мнения это не изменит. Как только тело Вегарда будет предано земле, я потребую скорейшего заседания суда. А потом, когда приговор будет приведен в исполнение, мы покинем Терцию и вернемся домой.

– Я не прошу вас о снисхождении к Лотте, – возразила я. – Я всего лишь прошу вас не торопить расследование, дабы оно было проведено не в спешке, а как можно лучше – чтобы ни у кого уже не осталось сомнений.

– Сомнений? – переспросил он. – А разве у кого-то они есть? Не считайте меня чудовищем, ваше высочество – я всего лишь хочу, чтобы убийца моего сына понесла наказание. До тех пор, пока Вегард не будет отомщен, я не смогу чувствовать себя спокойно."

"Сегодня он был куда спокойнее, чем накануне, когда мы встретились с ним у дверей тюремной камеры. Но я понимала – переубедить его будет трудно, а то и невозможно. Но я должна была хотя бы попытаться.

– Ваше величество, прошу вас, – воскликнула я, – представьте хотя бы на мгновение – а что, если это не Лотта убила вашего сына?

– Что за чушь, принцесса? – нахмурился он.

– Я понимаю, что вероятие этого кажется вам крайне малым, – торопливо заговорила я, – но ведь оно есть. И если расследование будет проведено не впопыхах, а основательно, разве кому-то от этого станет хуже? И если вина Лотты будет доказана, я более ни слова не скажу в ее защиту. Но если нет?

– Мне кажется, ваше высочество, вы сошли с ума. Кому еще могло понадобиться убивать Вегарда?

Я честно ответила:

– Я не знаю, ваше величество. Но это и должно выяснить следствие. Ведь если Лотта его не убивала, то, казнив ее, вы вовсе не успокоите ее совесть. А настоящий преступник не понесет наказание, а значит, ваш сын не будет отомщен!

– Довольно, ваше высочество! – резко сказал он. – Я выслушал уже достаточно, чтобы понять, куда вы клоните. Но вы не убедили меня. Благодарю вас за визит, но вынужден еще раз просить вас меня оставить.

Я поднялась с кресла, в котором сидела.

– Простите, ваше величество, за то, что наш разговор причинил вам боль. Я соболезную вашему горю. Но даже если сейчас у вас нет сомнений в виновности Лотты, то однажды, когда вы вернетесь в Нерландию, они могут появиться. Вот только сделать тогда будет ничего уже нельзя. И рано или поздно эти сомнения сведут вас с ума.

Я подошла к дверям, и уже когда взялась за ручку, услышала громкое:

– Ваше высочество, постойте!

Глава 24. Эйнар

Я не знал, почему всё-таки я ее остановил. Может быть, потому что в глубине души я сам был вовсе не так уверен, как хотел показать? Или потому, что смерть Вегарда от рук какой-то служанки казалась слишком бесславным концом?

Но как минимум в одном эта белобрысая девица была права – мы должны были во всём разобраться. Это нужно было и нам самим, и, возможно, Вегарду.