Легендо

– Данте, пожалуйста, мне нужно знать, ты здесь только из-за Легендо или у нас все по-настоящему?

– Телла, как можно определить, настоящее что-то или нет? – Данте зацепил пальцем кожаный поясок у нее на талии. – Если, например, мы что-то видим, значит, оно реально? – Он притянул ее к себе так близко, что теперь она видела только его лицо и больше ничего. – Или слышим? – добавил он чуть более грубо. – Или чувствуем? Достаточно ли этого, чтобы считать что-то реальным? – Его рука скользнула к ней под плащ и, чуть поднявшись, легла поверх сердца. Если бы сердце Теллы билось нормально, оно бы выпрыгнуло прямо ему в ладонь, зачарованное настойчивостью его грубого голоса и темных, бездонных глаз, смотрящих на нее в упор.

– Клянусь тебе, что это – то, что между нами происходит – никогда не было частью плана Легендо. В первый раз я поцеловал тебя, потому что только что умер и вернулся к жизни, но не чувствовал себя живым. Мне требовалось что-то настоящее. Но сегодня я сделал это, потому что хотел тебя. Я не переставал хотеть тебя с ночи Судьбоносного бала, когда ты была готова рискнуть жизнью, лишь бы меня разозлить. Тогда-то я и понял, что не в силах оставаться в стороне от тебя.

Его рука медленно скользнула вверх, и от сердца переместилась к задней части шеи и сильнее прижалась к нежной коже. Данте склонился к ней еще ниже.

– Я возвращался к тебе снова и снова, не из-за Легендо или игры, а потому что ты настоящая, живая, бесстрашная, смелая и красивая, и если то, что происходит между нами, ненастоящее, тогда я не знаю, что можно таковым считать.

Телла почувствовала, как напряглись обнимающие ее за шею пальцы, а в следующее мгновение Данте снова поцеловал ее, как будто это был единственный способ подытожить то, что он говорил.

Их ласка продолжалась совсем недолго, но достаточно, чтобы перевернуть все в сознании Теллы с ног на голову, заставить задуматься, не мечтают ли драгоценности, надежно спрятанные в шкатулках, иногда быть украденными ворами – потому что теперь Данте определенно похищал ее сердце, и она хотела, чтобы он взял еще больше.

Закончив поцелуй, он нежно обхватил ее руками за талию, что никак не вязалось с колючим тоном голоса, когда он спросил:

– А теперь скажи мне, почему у тебя шла кровь?

Телла нервно втянула носом воздух, понимая, что пришло время признаться, сказать всю правду.

– Это случилось в ту ночь на балу, когда Джекс поцеловал меня, – начала она, желая сообщить все коротко и по сути, но, стоило ей открыть рот, как слова выплеснулись из нее, точно вода из разбитого кувшина.